Килиан хотел обратиться к ней, но у него перехватило дыхание, и все, что смогло произнести его горло, это нелепый, сдавленный звук. Владычица Ильмадика была прекрасна. От одного лишь взгляда на ее совершенное обнаженное тело кружилась голова. Ученый чувствовал себя пьяным или безумцем; охваченный восторгом и эйфорией, на какие-то секунды он и вовсе позабыл, зачем он пришел сюда.

В чувство его привела Ильмадика, оглянувшаяся на звук. Богиня бросила взгляд на своего адепта, и ее пронзительно-синие глаза удивленно расширились.

Ведь она увидела не только его самого, но и его спутников.

— Что это и как это понимать? — спросила она, поднимаясь на ноги и демонстрируя, что песок прибрежной полосы не смел пристать к бархатистой коже.

За спиной ученого выстроились одиннадцать тварей Порчи. Он потратил несколько часов на выслеживание их по лесам и три трофейных золотых браслета — на энергию для их «обработки». И теперь горел желанием похвастаться проделанной работой, чтобы заслужить одобрение своей Владычицы.

— Результаты моих изысканий, — Килиан старался поддерживать ровную и уверенную интонацию, но нетерпение нет-нет, да и пробивалось, — Я экспериментировал с воздействием на измененный или даже изначально нечеловеческий мозг, чтобы усилить наш отряд чудовищами этих земель. Я думал, это вызовет сложности. Однако их разум оказался на удивление податлив, как будто привычен к этому.

Ильмадика не отрываясь смотрела на плоды его работы, почему-то в основном обращая внимание на девятку зомби. На словах про измененный мозг в ее взгляде мелькнуло странное выражение, но ученый не понял, что оно значило. Эмоции не были его сильной стороной — тем более эмоции женщины. Вот рассказывая о результатах своих экспериментов, ученый чувствовал себя не в пример увереннее.

— Это существо я назвал броненосцем. Оно довольно неуклюже, но сильно, живуче и сможет в какой-то степени занять нишу тяжелой кавалерии. По моим расчетам, оно способно выдать до семидесяти пяти километров в час.

Тварь Порчи походила на противоестественный гибрид черепахи, носорога и трицератопса. Мощная, чуть ли не десять сантиметров в толщину, естественная броня покрывала голову и корпус. Глаз у броненосца не было вообще: как понял Килиан, он ориентировался по вибрациям земли, для чего служили невероятно чувствительные подушечки лап — коротких и толстых, как у носорога. Сзади располагался сегментный хвост, оканчивавшийся увесистой костяной шишкой, напоминавшей булаву.

— Как ты смог наладить интерфейс управления? — спросила Ильмадика, прекрасно знавшая о сути его исследований и связанных с ними сложностях.

— Увы, тут небольшая проблема, — развел руками ученый, — Простой человек без магических навыков командовать ими не сможет никак. Каждый раз, как я хочу отдать им приказ, мне приходится использовать магию общения с животными. И… есть еще одна деталь. Такое чувство, что периодически откуда-то они получают сигнал схожей волны. Откуда, я пока не вычислил.

Владычица кивнула, — кажется, не столько ему, сколько своим мыслям. Адепт поторопился продолжить, боясь потерять её внимание:

— Зомби ты уже видела. Если честно, они в целом разочаровывают: даже несмотря на то, что они вполне способны освоить оружие слуг Лефевра, бойцы из них невеликие. Но зато они несомненно верны и бесстрашны, поэтому будут защищать тебя до последней капли крови.

— Это действительно очень важно, — ответила Ильмадика, — Ты даже не представляешь, насколько.

Килиан не понял, что это значит. Но почему-то почувствовал он, что она не хочет, чтобы он спрашивал.

А желание богини — закон.

— Наконец, вот это — мой подарок лично тебе.

Последним было существо, напоминающее огромную, метров пяти в размахе крыльев, летучую мышь с багряно-красной шерстью и комплектом коротких щупалец вместо лап. Вообще, Килиан искал скорее что-то, напоминающее дракона или виверну. Но увы, в лесах летающих Тварей было гораздо меньше, чем в горах, и приходилось довольствоваться тем, что есть.

— Это создание позволит тебе летать в небесах, даже без трат собственной энергии. Всем им я включил в программу поведения не только верность мне, но и собственное преклонение перед тобой. Все они будут настолько же преданы и послушны тебе, как и я.

Владычица улыбнулась, — довольной, кошачьей улыбкой. Одним грациозным движением она перетекла ближе к своему адепту. Килиана бросило в жар, когда он ощутил тепло её тела, — и все его мужское естество откликнулось на эту близость.

Все его желания и все его мечты.

— Я рада, что ты мне так предан, — сказала Ильмадика, — Мне очень повезло с тобой. Если бы не твоя верность и не твой ум, я до сих пор была бы заточена в Темнице Богов. Ты… ты сделал то, что мало какой мужчина готов сделать для любимой женщины.

Килиан, польщенный столь желанной похвалой, хотел было сказать в ответ что-то куртуазное, но язык не слушался его, не желал произносить каких бы то ни было слов. Повинуясь разрешающему жесту богини, адепт торопливо, будто боялся, что она передумает, поцеловал её в губы.