— Даю тебе своё слово, могучий дух, — произнёс я, не отрывая от него взгляда. Моя рука выхватила короткий клинок из рукава и, не глядя, я распорол свою ладонь, выдавливая из неё кровь на снег под своими ногами. Алые капли упали на снег, просачиваясь сквозь него. — Клянусь, что ровно через два дня или ранее, я добуду пищу для твоей стаи. Равноценную жизням людей, что за моей спиной, или большую. Если ты отступишь и откажешься от охоты на них.

Стоило мне издать последний звук моей клятвы, как меня будто прошибло лёгким импульсом, идущим от макушки до пят.

Что это?! Электрический разряд?!

— Отец-небо принял твою клятву, Видящий. Нарушишь её и сама земля откажется от тебя, а гром небесный будет искать твоей головы, — произнёс дух волка. — А за плотью твоей придём мы. И ничто не укроет тебя под этим небом, как не укрыло прошлого Видящего от его врагов.

Он бросил на меня последний взгляд и развернулся прочь.

Его стая, развернулась следом. Их глаза погасли, более не светясь фиолетовым. Понурые волчьи фигуры, опустив головы, скрылись в темноте.

Этой ночью они останутся голодными.

А я…

____

Получен духовный опыт: 86.

Получен второй уровень Пути Шамана.

Для получения справки откройте доступ к информаторию.

Получите ещё 32/100 духовного опыта, чтобы перейти на третий уровень Пути Шамана.

____

…выдохнул. Сила, подавляющая моё тело, ушла вместе с духом.

Выходит, это было нечто вроде силового поля, которым обладал этот дух?

Я посмотрел на свою руку. Кровавая линия проходила вдоль ладони, обильно истекая алой жидкостью. Глубоко резанул. Можно было и уколом простым обойтись. Капли бы хватило.

Отец-небо принял клятву… Образ небесного отца — это типичный архетип для огромного количества религий. В том числе языческих верований греков, тюрков, славян… Да и в шаманизме тоже.

Я поднял взор наверх. На заснеженные ветви ели, что загораживали мне взор на тёмное небо.

Кто принял мою клятву?

Бог, что царствовал в небесах этого мира?

Или дух, обладающий силой, сопоставимой с ним?

А, может… что-то другое?

Старый шаман говорил мне, что в мире духов каждое слово имеет силу. Особенно — клятва. Выходит, я подписался на договор, который засвидетельствовали сами небеса.

Впрочем, без разницы.

Я исполню его не потому что за нарушение меня ждёт какая-то кара, а потому что дал своё слово.

— Варадар… — я услышал позади тихий голос Весны.

Обернулся на неё. Она сидела в снегу, опираясь спиной на древесный ствол и смотрела на меня округлившимися, не то от удивления, не то от испуга глазами. Я уже начал привыкать к этому её выражению.

— Ты ведь говорил с ним… с духом волка? — она будто выдавила из себя этот вопрос.

— С духом стаи, если точнее, — поправил я.

— А ты… — она облизнула обветренные губы. — Ты точно Варадар?

Нет. Я точно НЕ Варадар.

Но признаваться в этом было сродни признанию в том, что я ходячий мертвец. Я понятия не имел, как она отреагирует, если узнает, что я, скорее всего, из другого мира вообще.

— Если я веду себя не так, как раньше, то, думаю, моя прежняя личность умерла вместе с воспоминаниями, — неопределённо ответил я.

— А ты… — она затихла, даже не дыша, а потом едва слышно проглотила ком в горле, — …не злой дух?

И тут я слегка засмеялся.

Потому что эта девица могла оказаться чертовски права. Почти.

— Если и дух, то точно не злой, — я хмыкнул.

И, кажется, Весна чуть-чуть прониклась моим настроением. Уголок её губ тоже приподнялся. Но натянуто.

— Никто не может говорить с духами, кроме шамана. Но ты не можешь им быть.

— Потому что не прошёл через посвящение?

Она кивнула.

— Во время посвящения духи выбирают будущего шамана и связывают его со своим миром. Только через эту связь шаман и может общаться с духами. А зелье… — она взглянула на деревянную бутылку, лежащую в снегу, — …усиливает связь. Если бы её не было, то твой разум бы разрушился.

Я взял бутылку с земли. Лёгкая. Но не пустая. Примерно половина зелья ещё осталась.

Взглянул на снег, из которого её поднял. Он был залит зельем, которое расплескалось когда я выронил бутылку при потере чувствительности. Серо-зелёное. Как грязь или влажная глина.

— Значит, эта связь у меня есть. Либо ты знаешь о духах не так много, как думаешь, — сказал я и поднял из снега деревянную пробку, которой заткнул бутылку.

— Либо ты — дух, — её слова прозвучали спокойно, но настойчиво.

— Либо так, — я равнодушно пожал плечами. — Но если я дух, то с напрочь отшибленной памятью.

— Значит, ты этого не отрицаешь?

— Как я могу отрицать что-то, о чём понятия не имею?

Повисла пауза.

— Я могу послушать твоё сердце? Ты ведь так и не дал мне проверить, жив ты на самом деле или… — она замолчала.