Открыв приложение, я проверил своё расписание на завтра. С этими интригами вышестоящих у меня как-то очень криво идёт служба. И тут хочешь или нет, а всё равно задумаешься, стоит ли на ней оставаться или перейти в госпиталь Боткина? Однако простые люди ни в чём не виноваты, и уже ради них стоит постараться. Что я буду за целитель, если откажусь лечить пациентов по всей столице, а вместо этого буду сидеть в одном госпитале и плевать в потолок большую часть времени?

Особняк Лопухиных появился справа, и ведущий автомобиль сопровождения прошёл чуть дальше ворот. Мы же вкатились внутрь, и я смог полюбоваться на пару фонтанов, установленных посреди зелёного парка. Пока мы ехали к крыльцу, взгляд успел выцепить некоторых гостей, которые прогуливались там по дорожкам.

А стоило автомобилю замереть на месте, как дверь открыл слуга.

— Иван Владимирович, добро пожаловать в родовой особняк его высокопревосходительства, — согнув спину в поклоне, произнёс он. — Василий Алексеевич уже ждёт вас. Прошу следовать за мной.

Я поднялся по ступенькам крыльца, и когда тот распахнул двойные двери, наружу прорвались электрический свет, музыка и гул голосов. Изобразив на лице вежливую улыбку, я вручил слуге плащ и двинулся вперёд.

А ко мне уже шёл Василий Алексеевич собственной персоной.

Глава 21

— Иван Владимирович, рад, что вы пришли, — с улыбкой произнёс Василий Алексеевич. — Сегодня у нас небольшой приём, скорее даже вечер в кругу друзей. Надеюсь, вам понравится.

Людей действительно было заметно немного, может быть, десятка два. Что примечательно, все были младше тридцати. Это явно показывало, что Лопухин держит руку на пульсе — окружает себя сверстниками, чтобы быть в курсе их стремлений, желаний и проблем. Учитывая богатство рода, Василию Алексеевичу несложно решить множество затруднений своего ближнего круга.

— Я не мог не ответить любезностью на любезность, Василий Алексеевич, — пожимая его руку, проговорил я. — Вы оказали мне услугу там, на дороге. Хотя и были не обязаны.

Лопухин не изменился в лице, хотя мою интонацию явно уловил. Его помощь там не требовалась, что доказало появление жандармов. Я об этом знал, он об этом знал. Однако вести мы себя будем так, как положено, а не как есть на самом деле.

— На моём месте вы бы поступили точно так же, — сказал он. — Прошу, проходите. Вечер скоро начнётся.

— Благодарю, — кивнул я, и мы разошлись.

Василий Алексеевич двинулся ближе к выходу — встречать последних гостей, я же прошёл в зал.

Помещение под мероприятие было отведено не слишком большое, но и не мелкое. Как раз, чтобы человек сорок могли одновременно чувствовать себя и в компании, и при этом не приходилось покидать зал ради приватного разговора.

Ненавязчивая музыка — струнный квартет спрятался на балконе второго этажа, выводя какие-то нейтральные мелодии. Судя по довольным лицам исполнителей, делали они свою работу за приятные деньги. Не в том же дело, что от созерцания молодых дворян удовольствие получают?

Десяток диванов и вдвое больше кресел образовывали несколько островов притяжения. Подавляющая часть мебели уже занята, и гости общаются друг с другом на первый взгляд непринуждённо. Возможно, если бы я знал политические расклады, смог бы сделать некие выводы, кто с кем сидит и как на кого смотрит. Но я всё ещё далёк от местной политики, и влезать в неё совсем не хочется.

Уверен, где-то в особняке в компании Алексея Максимовича Лопухина сейчас сидят старшие представители родов, чьих детей развлекает Василий Алексеевич. Возможно, кто-то, как и я, прибыл сам, но вряд ли таковых большинство.

Стоять как дурак в полном одиночестве я бы при всём желании не смог — что это за приём такой, на котором хозяин не озаботился развлечением всех без исключения гостей? Нет уж, всё должно быть на высшем уровне, чтобы потом о приёмах у Лопухиных отзывались только в положительном ключе.

Вот и я улыбнулся, заметив бывшую одноклассницу в компании каких-то девиц. Маргарита Ивановна обернулась, чтобы отдать бокал шампанского проходящему мимо слуге, и мы встретились взглядами. На лице Ростовой тут же появилась радостная улыбка, и она, бросив что-то собеседницам, ринулась в мою сторону.

Я взял с подноса у официанта пару бокалов и сам шагнул ей навстречу. Встретились мы примерно на середине зала.

— Маргарита Ивановна, — с поклоном поприветствовал её я, — крайне рад видеть хоть одно знакомое лицо на этом приёме. Позвольте угостить вас?

Девица приняла бокал и сделала символический глоток, одновременно с этим протягивая мне руку.

— Рада, что мы, наконец, смогли увидеться, Иван Владимирович! — со смешком произнесла она, когда я поцеловал воздух возле её пальцев. — Мне ведь так и не выпало шанса поблагодарить вас за исцеление.