— Насчёт рентабельности вы зря, — ответил я, качая головой. — Рудники окупаются с лихвой, приносят неплохой доход.

— Да по сравнению с этим там пустая порода, такие затраты на очистку, а тут почти даром! — продолжал настаивать мужчина.

— В этом вы правы, — кивнул я. — Но ни один грамм этого ценного минерала лишним не будет. Мы заберем всё. А вы продолжайте работу и ждите премию по итогу месяца.

Разумеется, мое распоряжение об этом уже было отправлено через нейроинтерфейс, который сам по себе заменял мне в данный момент секретаря.

— Спасибо, Ваше Сиятельство! — просиял мужчина, сжав драгоценную руду в кулаке. — Там, кстати, уже заканчивают погрузку во вторую платформу, как вы просили, так что можете собираться в обратный путь. Или, может, останетесь на ужин?

В этот момент я услышал рядом тяжёлый вздох Михаила Анатольевича. Казалось, ещё немного и он начнет ныть о несправедливости судьбы.

— Спасибо за предложение, — ответил я с улыбкой. — Но мы, пожалуй, поедем.

— А я бы ещё перекусил, — тихо сказал Матвей, когда мы уже направлялись к выходу из карьера.

— Вечно голодный студент, не видавший института, — ухмыльнулся Стас.

— Чего сразу вечно голодный? — возмутился Матвей. — Я просто представил, сколько нам ещё до дома с этими платформами плестись, так дурно становится. Хоть бы пару бутербродов надо было из их столовой дёрнуть.

— Пока вы рудой любовались, я в столовой пирожки взяла на всех, — сообщила Евгения, которая как раз успела догнать нас.

А ведь я даже не заметил, что она пропадала — вот что значит погружение в дела.

— Вот, святой человек! — радостно воскликнул Матвей, расплывшись в улыбке. — Вот кто не даст с голоду умереть.

Стас сначала устало вздохнул, реагируя на буйную радость Матвея, а через минуту и сам заинтересовался пирожками.

Обратная дорога к выходу из Аномалии прошла на удивление спокойно. Видимо, количество монстров проредили настолько, что нападать было просто некому. Хотя я видел периодически в лесу тени Игольчатых гиен, Тигровых василисков и Леших. Всех точно не перебили. Значит, они теперь просто боятся подходить близко, не настолько безбашенные, заработал-таки инстинкт самосохранения. Или же пока еще сами между собой не определили, кто займет освободившиеся территории.

Когда мы выехали к большому перекрёстку, то с него открывался вид на здание амбулатории, которое было внешне полностью завершено, вот только я не увидел рядом никакого движения и суеты. Даже кучи сломанных ящиков из-под оборудования рядом не было. Может, не привезли? Что-то пошло не так?

Я отдал команду своим людям возвращаться домой, а Матвею сказал подъехать ближе ко входу в амбулаторию. Дверь оказалась не заперта, отчего у меня по спине пробежал холодок.

— Ну что там? — нетерпеливо спросил Матвей, стоявший у меня за спиной.

— Пока не знаю, — тихо ответил я.

Я осторожно начал открывать дверь, накапливая при этом заряд молнии в правой руке и готовясь отбиваться. В голове крутились самые мрачные мысли, представлял себе растерзанные тела работников и стены в крови.

— Бу! — довольно громко выдал Герасимов, когда дверь открылась достаточно, чтобы он смог просунуть свою физиономию.

— Анатолий Фёдорович, вы в своём уме? — воскликнул я неожиданно даже сам для себя, пульс удвоился за мгновение. — Я же сейчас мог вас заживо поджарить!

Да, хорошо, что сдержался, а то был бы один поджаренный целитель у нас, а я бы лишился наставника.

— М-да, — скривился Герасимов, пропуская меня внутрь. — Об этом я что-то не подумал. Я же не видел тебя в действии в этом качестве. Ну а чего ты крадёшься, как шпион? Напряжённый весь. Вот я и решил тебя маленько припугнуть, а то ишь.

— Вам это неплохо удалось, — признался я, восстанавливая сбившееся дыхание и уже улыбаясь. — Ну и шуточки у вас, Анатолий Фёдорович!

— Как можем, так и развлекаемся, — усмехнулся мужчина. — А я решил в первую смену сам с молодняком подежурить. Интересно же, что ты тут построил. Да ты проходи, будь как дома. А лучше идём на второй этаж, чайку попьём.

— Лучше мне покажите, как здесь приёмное отделение устроено, — сказал я и наконец смог спокойно осмотреться. — Надо же вводить здание в работу.

Никаких трупов, никакой крови на стенах, всё чисто, красиво, цивилизованно.

— А чего ты тут не видел? — усмехнулся Герасимов. — Думаешь, что увидишь что-то новое? Поверь мне на слово — здесь всё отлично. А теперь бери своих орлов и пошли пить чай. Мне одна благодарная пациентка сегодня принесла большой черничный пирог, я его сюда решил притащить, как раз пригодился.

Когда мы поднялись на второй этаж, трое молодых людей в халатах, игравшие за столом в карты, повскакивали со своих мест и вытянулись по струнке, словно перед ними проверяющий офицер.

— Здравствуйте, Ваше Сиятельство! — грянул нестройный хор из троих побледневших целителей.