Я остановился в центре помещения рядом с Федуловым, а бойцы продолжили обыск. Ничего ценного здесь больше не нашли, и мы перешли к следующему хранилищу. Оно оказалось даже больше первого, с такими же системами наблюдения и охраны.

— В Аномалии работать в какой-то мере проще, — сказал вдруг Борис Аркадьевич, наблюдая за работой своих подчинённых. — Ты знаешь об опасности и знаешь, что с ней делать. А тут словно роешься в чужом белье и под каждой тряпкой ждёшь подвох.

— По вашим ребятам не скажешь, что они к такой работе непривычные, — усмехнулся я.

— Мои ко всему привычные, — улыбнулся мужчина. — На то мы и особое подразделение, пусть теперь и на службе у рода Демидовых.

— И я рад, что вы теперь со мной, — сказал я.

— Взаимно, Иван Владимирович, — ответил Федулов, едва заметно улыбнувшись. — Когда вы предложили перейти к вам на службу, никто из ребят даже не сомневался. Все помнят, как вы спасали наши жизни там, в Аномалии. Тем более, и возможность была — мы и так действовали как отдельный отряд.

— Это была моя работа. Да и как я мог поступить иначе, — сказал я с улыбкой.

— И вы делали её с душой, — добавил мужчина.

— Как и ваши ребята сейчас, — продолжил я, наблюдая, как бойцы тщательно просматривают каждый сантиметр.

Здесь кое-где попадались сломанные ящики и разбитое оборудование. Остались даже несколько новых, нераспечатанных компьютеров, периферийные устройства, громадные бухты кабелей и контейнеры со светильниками. Либо всё это не успели увезти, либо просто не посчитали нужным.

— Ваше сиятельство! — воскликнул один из бойцов, подбегая ко мне. — Там, в дальнем углу, скрытый вход в подземелье.

— Так я и думал, — кивнул я. Скрытое от посторонних глаз помещение просто так и напрашивалось в подобном месте и поэтому такая находка совсем не удивляла. — Сначала проверьте, скорее всего, там есть защита.

Федулов дал команду сапёрам. Те отправились вместе с бойцом, нашедшим тайный вход. Остальные постепенно подтянулись к тому же месту, но пока стояли на отдалении.

В этот раз сапёров направили вперёд не зря. Они обнаружили и обезвредили несколько охранных артефактов, предназначенных для уничтожения тех, кто попытается проникнуть внутрь. Были и обычные растяжки, которые тоже были обезврежены.

Лишь после этого были полностью открыты тяжёлые створки, и мы начали спускаться вниз по достаточно удобной бетонной лестнице с перилами.

Один из бойцов потянулся к выключателю, чтобы зажечь свет в запутанном подземном лабиринте, но Федулов сразу окликнул его:

— Пользуемся только фонарями и приборами ночного видения. Не исключено, что на общем выключателе висит система самоуничтожения, — пояснил Борис Аркадьевич. — Никакие кнопки и переключатели лучше не трогать. Потом будем разбираться, что тут накрутили.

Судя по всему, подземные помещения по площади ничуть не уступали самому ангару. Здесь находились жилые комнаты, рабочие кабинеты и лаборатории — целый научно-исследовательский комплекс.

В центре комплекса обнаружили ещё один спуск вниз.

Второй подземный уровень, расположенный под первым, выглядел уже совсем иначе. Эти помещения не были кабинетами и комнатами отдыха, а больше напоминали подсобки в цирке, где содержат животных.

Вдоль центрального коридора было оборудовано множество достаточно крепких и вместительных клеток, на данный момент пустых. На мощных решётках и каменных стенах виднелись следы когтей и зубов. На полу лежали свалявшиеся подстилки из соломы. Кое-где к стенам были прикованы кандалы — теперь расстёгнутые и пустые, но с тёмными кровавыми отметинами.

В самой последней большой клетке я совершенно неожиданно увидел огромного Тёмного Лешего. Монстр был настолько крупным, что, даже сидя на полу, он смотрел на меня сверху вниз, встать здесь во весь рост он не смог бы физически — места для этого просто не хватало.

Нашедший его воин так и стоял перед клеткой, уставившись на нелепого монстра и не в силах пошевелиться.

Подойдя ближе, я понял, что именно этот Леший не совсем обычный. Видимо, с экспериментом что-то пошло не так. На его передних лапах было вдвое больше когтей, чем должно быть. На морде — два носа. Слишком высокий лоб. А из-под кустистых бровей на меня смотрели невероятно печальные и усталые глаза.

Создавалось странное впечатление, будто передо мной вовсе не монстр, а измученный годами лишений пленник. Я подошёл почти вплотную к прутьям клетки, игнорируя возражения моих помощников.

— Понимаешь меня? — спросил я у зверя, глядя ему прямо в глаза.

— Думаете, они умеют разговаривать? — с неуверенной усмешкой спросил Федулов.

— Всё может быть, — ответил я и снова повернулся к существу. — Кто ты? Как тебя зовут?

Усталые глаза продолжали смотреть на меня неподвижно и совершенно безучастно и обречённо. Монстр даже не пошевелился. Его дыхание было тихим, ровным и таким же усталым. Странно, почему его отсюда не забрали или не убили.

— Ты хочешь выйти отсюда? — спросил я.

— Иван Владимирович… — снова окликнул меня Борис Аркадьевич и удивлённо поднял брови.