Эжен Мейсон, бледный и темноволосый мужчина, мастер иллюзий, говорил редко. А когда говорил, то обычно негромким, шелестящим голосом. К этому голосу нужно было прислушиваться, чтобы разобрать слова.

И именно поэтому, когда он говорил, все замолкали.

— Вы слишком много защищаете его, — повторил он, — И думаю, я выскажу общее мнение, если скажу, что объективность ваших суждений вызывает изрядные сомнения.

— Я говорю лишь о том, что знаю, — уверенным тоном ответила девушка, — Может быть, мои суждения и необъективны, но они полностью обоснованы.

— Вы хотите сказать, что не стали бы искажать правду из личных симпатий? — педантично уточнил Мейсон.

— Я хочу сказать, что не испытываю симпатии к тем, кто требует искажать правду, — поправила Лана.

Этот ответ иллюзиониста, кажется, удовлетворил. Однако Габриэль поспешил перехватить инициативу:

— И вы хотите сказать, что не ваши личные симпатии побудили вас покинуть союз, служивший гарантией мира в стране?

Чародейка дрогнула, что явно не укрылось от внимания присутствующих.

— Если какие-то симпатии и играли здесь какую-то роль, — она постаралась чтобы её голос звучал спокойно, хотя осуждающие взгляды вызывали неудержимое желание спрятаться под стол, — То только лишь симпатии к себе самой. Позвольте мне не распространяться о подробностях моей личной жизни; скажу лишь, что мой уход с успехом использовал интриган, сфабриковавший обвинение в мятеже. Как вы знаете, меня объявили похищенной Килианом; заявляю официально, что меня никто не похищал. Любой, кто повторяет это, либо сам замешан в этой интриге, либо был ею обманут.

— Вы неоднократно упомянули этого интригана, — заметил Роган, — Но вы так и не сказали ничего о том, кто это.

Лана спокойно встретила его взгляд.

— На данный момент у меня нет никаких доказательств, лишь предположения. А высказывать столь тяжелое обвинение бездоказательно я считаю недопустимым.

Без сомнений, присутствующие поняли её намек. «Вождя мятежников» это касалось ровно в той же мере.

— В этом я согласна с графиней, — отметила леди Д’Элири, — Нам не стоит пороть горячку и принимать поспешные решения. Я не отправлю войска на подавление мятежа. Однако и ручаться перед Королевой-Регентом, что никакого мятежа не было, я не стану.

— Совет еще не пришел к консенсусу, — напомнил отец, — Какое бы решение мы ни приняли, оно должно быть общим. Чтобы Её Величество видела, что у дворянства Иллирии есть общее мнение по сложившейся ситуации.

— Однако я полагаю, что леди права, — отметил Габриэль, — Необходимо выждать.

— И как долго вы намерены выжидать?

Светловолосого юношу в синем, задавшего этот вопрос, Лана не знала в лицо, но судя по гербу, это был кто-то из родственников графа Д’Илюна.

— В скором времени состоится генеральное сражение, — без малейших раздумий ответил огненный маг, — Войска Идаволла сойдутся с силами Тварей, призванных Ремменом. Не исключено, если слава графа Адильса хоть наполовину соответствует действительности, что после этого вопрос отпадет сам собой, и все наши обсуждения потеряют всякий смысл.

— И вы готовы ради этого подставить невиновного? — возмутилась Лана, — Допустить гибель тысяч людей, чтобы не разбираться со сложными вопросами?!

— Каждый из нас отвечает за своих людей, Ваше Сиятельство, — невозмутимо ответил Габриэль, — И вы в том числе. У вас есть долг перед Миссеной и перед Иллирией, но не перед западным Идаволлом и уж конечно не перед Палачом Неатира.

Чародейка хотела было возразить, но её опередил юный Д’Тир:

— А у меня есть долг перед моими родителями! Я не могу стоять и ждать, пока другие сражаются с их убийцей! Я немедленно прикажу отправить войска в помощь графу Адильсу!

— Что-то прикажете вы только с разрешения своего опекуна, — осадил его Роган, — А он, в свою очередь, будет принимать решения исходя из того, к чему придет Совет. Я согласен с эженом Габриэлем и леди Д’Элири. Мы должны выждать, не принимая поспешных решений, и воспользоваться этим временем для сбора всесторонней информации.

— Но...

Обсуждение продолжалось еще долго, но с самого начала было очевидно, что на стороне «выжидающих» решающий перевес. Активные действия иллирийских феодов оказались заблокированы, как минимум — до момента генерального сражения. А Лана лишь качала головой. Да, ей удалось отсрочить момент, когда её лучший друг будет сражаться с её близкими. Но этого было мало.

Этого было ужасно мало.

«Кили, пожалуйста...» — мысленно взмолилась она.

«Помни свое обещание»

Глава 11. Несравненное право

Зимы на Полуострове всегда были теплыми. По сути дела, настоящие морозы оставались прерогативой или высокогорных районов, или легенд о Дозакатных временах. Лишь на несколько дней в декабре или начале января выпадал снег.