— Следующий приказ, — продолжила Королева-Регент, — Передайте его во все земли королевства. Созвать знамена. Каждому, кто зовет себя моим верным вассалом, надлежит направить под начало Верховного Главнокомандующего свою дружину во главе с собой или членом семьи, а также ополчение числом не менее одного человека на десять крестьянских дворов.

Стоявший у её трона виконт Корбейн немедленно поклонился:

— Я немедленно приступлю к сбору войск, миледи. Но куда нам следует их направить?

Лейла чуть смешалась. В первую секунду она собиралась отправить войска в Превезу — ближайшую провинцию к потерянной Альбане. Но уже в следующую поняла, что пока приказ разойдется... Пока армии соберутся... Пока дойдут маршем до северных земель... К тому времени Превеза будет давно захвачена.

Превеза. Влёр. Янина. Стерейя. По скольким землям пройдутся Твари и дикари, выжигая, грабя и насилуя, прежде чем она сможет собрать войска, чтобы дать отпор? Сколько шрамов оставит мятеж Реммена на теле её страны?

— Прошу простить меня, Ваше Величество...

Редайн склонился к ней, и Лейла с облегчением подставила ухо для мудрого совета.

— Если позволите недостойному высказать свои соображения, — продолжил он, — То я посоветовал бы вам собрать войска для генерального сражения в Сули.

Внимательно изучавшая географию Идаволла в период подготовки к браку, Королева-Регент легко вспомнила, где находилось это небольшое баронство, её указом включенное в состав графства Гревена. Но она не понимала, чем оно лучше любого другого места.

— Мои источники докладывали, — пояснил Компатир, — Что доверенный советник мятежника Реммена — некто Лаэрт Вейр. Он претендовал на власть над Сули, родовыми землями его предков, и наверняка будет склонять своего господина к тому, чтобы не использовать там наиболее разрушительные средства из доступных черному колдовству Владык.

Лейла кивнула:

— Да будет так, — снова обратилась она ко всем, — Все собранные войска моим вассалам предписывается направить к северо-западным рубежам графства Гревена. Граф Кравос, вам предписывается немедленно отправиться туда и максимально укрепить замок Сули, подготовив его к длительной осаде.

— Да, Ваше Величество, — поклонился тот.

— Эжен Венсан! — обратилась Лейла к единственному чародею, присутствовавшему ныне при её дворе в Идаволле, — Я хочу, чтобы вы как можно скорее связались с графом Адильсом. Сообщите ему о его назначении и передайте, чтобы направлялся в Сули скорейшим ходом, не ввязываясь в сражения.

Погодный маг сдержанно улыбнулся:

— Ветер нашепчет ему вашу волю.

— Что до остального, — Лейла оглядела тронный зал, сверкавший золотом и увешанный знаменами багряного пламени. Он был так непохож на изящный и утонченный тронный зал Герцогов Иллирийских, но несмотря на это, она почувствовала, что будет сражаться за него до конца.

Она Королева, и никто не посмеет забрать это у неё.

Никто не посмеет причинить вред её сыну.

— Что до остального, то с сегодняшнего дня на территории королевства все ансарры объявляются вне закона. Инквизиции выделяются особые полномочия по выявлению колдовства адептов Владык. Всякий, кто высказывает сомнения в праве Короля Теодора на престол или распространяет лживые сплетни о том, что Килиан Реммен, бастард без имени и родословной, прислужник культа Владык, является сыном Герцога Леандра Идаволльского, будет объявлен мятежником и казнен. Всякий, кто присягал когда-либо культу Владык или оправдывал поклонение Владыкам, будет лишен всех титулов, полученных из моих рук.

Глядя на внимавших ей дворян, Лейла как никогда понимала Ильмадику.

Женщина может чувствовать себя в безопасности лишь тогда, когда мужчины подчиняются ей.

— Господа. Час, о котором предупреждали предки, пробил. И я ожидаю, что вы — каждый из вас — будете отважно сражаться и не посрамите их честь. С нами Бог!

— Истинный Бог! — грянула в ответ толпа.

Если в мирное время роль феодала ассоциировалась у Килиана с воспитателем в детском саду, то «работа» завоевателя и революционера поразительно напоминала таковую бродячего артиста. Представление «завоеватель въезжает в покоренный город» уже было отрепетировано в Альбане и Превезе, — провинциях, сдавшихся без боя, — и теперь его предстояло повторить в первом замке, который пришлось по-настоящему штурмовать.

Это оказалась многострадальная Стерейя. Килиан направил свои войска туда, не желая пускаться в погоню за отступавшим Тэрлом, ибо подозревал в его маневрах попытку заманить в ловушку самоуверенных преследователей.

Стерейский гарнизон оказался невелик, но несмотря на это, Селеста оказала яростное сопротивление. Её воины лили со стен кипящее масло, а пушки разили на огромное расстояние.