— Уберите оружие, граф, и выслушайте, что я вам скажу. Я не питаю вражды ни к вам, ни к вашей королеве. Я не питаю почтения к барону Реммену, даже если он действительно наследник престола. Все, чего я хочу, это чтобы вы делили трон где-нибудь подальше от Альбаны.

— Присягать врагу — тот еще способ сохранить нейтралитет, — хмыкнул Тэрл.

В ответ князь Альбанский пожал плечами:

— Зато это хороший способ не позволить сжечь свой город драконьим огнем. А вам я предлагаю вот что. Соберите свои войска и идите на юг. Я дам вам покинуть мои земли с миром. И не впущу слуг барона, пока последний идаволльский солдат не достигнет границы. Так каждый из нас получит то, чего хочет. Вы защитите своих людей. Я — своих.

— А Килиан получит открытый путь в Идаволл, — указал Тэрл.

— Если мы с вами будем сражаться между собой... Он так или иначе его получит.

Какое-то время бывший командующий гвардией взвешивал все «за» и «против». Время. Ему нужно было время. Ни Лейла, ни Компатир не ожидали, что Килиан вновь сговорится с Владычицей. Поэтому они проявили преступную неосторожность, понадеявшись справиться силами трех феодов. Они думали, что имеют дело с обычным мятежом, — а оказалось, что над ними нависла та самая угроза, к противостоянию которой жители Идаволла готовились на протяжении всей его истории.

Если они надеются победить её, то единственный выход — собрать воедино все силы. Все силы, а не жалкие три дружины.

А на это требуется время.

— Я согласен.

Клинок вернулся в ножны столь же быстро, как оказался в руке.

— Но не думайте, что все кончено, князь Арбери. Когда война закончится... Вам придется держать ответ за все, что вы сделали.

— Как и всем нам, граф Адильс. Как и всем нам.

— Ваше Величество! Прибыли вести из северных земель!

Вбежавший в тронный зал слуга преклонил колени перед троном королевы и протянул пергаментный свиток пажу, который, в свою очередь, передал его Лейле. Взмахом руки остановив словесный поток заверявшего её в своей преданности министра, девушка жестом подозвала доверенных советников, одновременно начиная читать послание.

И с первых же строк её сердце рухнуло куда-то в район пяток.

Битва на севере проиграна? Альбана потеряна? Мятежник и претендент на престол собрал армию Тварей Порчи и обратился к силе Владык? Да еще и Лана у них в плену?

Лейла прикрыла глаза, прижав ко лбу холодный золотой браслет и стараясь успокоиться. Хоть они с Ланой и расстались нехорошо в последний раз... Она никогда не пожелала бы подруге пройти через то, через что некогда прошла она сама. И никакого удовольствия от того, что оказалась права в их споре, определенно не испытывала.

— Ваше Величество... — несмело подал голос Редайн.

— Ознакомьтесь с посланием, господин Компатир, — попросила девушка.

Этот человек был её единственной опорой — здесь, во дворце. Но там, на поле боя, он мало чем мог ей помочь. Там её опорой был совсем другой человек.

Из всего, что говорилось в послании, Лейлу обрадовала лишь одна вещь. Что уцелевшие остатки трех армий взял под свое командование Тэрл. В письме мало что говорилось о том, как так вышло, что он снова боеспособен несмотря на свое увечье. Но Королева-Регент не сомневалась, что если кто и мог противостоять той угрозе, что пришла с севера, то только он.

В конце концов, во времена, когда она сама пряталась в Альбане от гнева супруга, именно сила и надежность Тэрла помогли ей не сломаться. Он, наверное, и сам не понимал, насколько это было важно для неё.

И как ей недоставало его сейчас.

— Простите меня, Ваше Величество! — дочитав, Редайн Компатир склонился в глубоком поклоне, — Мое скудоумие не позволило мне вовремя выявить семена заговора и избавиться от них до того, как они дали бы всходы. Молю вас, если такова будет ваша воля, заберите мою жизнь!

— От этого не будет лучше никому, — покачала головой девушка.

После чего уже громче заговорила, дабы её речь слышал не только ближний круг.

— Слушайте волю Короля. Мы вступаем в войну. В войну с Орденом Ильмадики, с культом Владык, — с врагом, быть готовыми противостоять которому завещали нам основатели Идаволла. Посему вот мой первый приказ. С сегодняшнего дня Тэрл Адильс, граф Миссенский, объявляется Верховным Главнокомандующим армий Идаволла и Иллирии. Королевская гвардия, дружины моих верных вассалов и мобилизованное ополчение — все поступают под его командование. Каждый же, кто станет чинить ему препятствие, будет признан мятежником, выступившим против безопасности королевства.

Это следовало сделать с самого начала. Может быть, не именно эта должность: она все-таки для времени большой войны, а Лейла надеялась, что её правление будет мирным. Но какую-то роль для Тэрла в своем окружении придумать следовало. Только так она могла спасти его от той бездны, в которую он загонял себя. А она... она слишком понадеялась на Лану.

Теперь она догадывалась, что тем самым сделала несчастными обоих.