В отличие от Астения, сэр Лаэрт Вейр присоединился к нему добровольно: из честолюбия. Молодой идаволльский дворянин по рождению, он был лишен права наследовать свои земли из-за того, что его отец воспротивился власти адептов Ильмадики. После того, как адепты были свергнуты, титул и земли ему так и не вернули: Лейла пожаловала их своим отличившимся сторонникам. В ответ на это Лаэрт принял на удивление здравое решение: отправился на фронтир, в надежде, что при расширении очищенных земель у Идаволла появятся территории, которым потребуются новые хозяева. Килиан не слишком доверял ему, но все же ценил: будучи урожденным дворянином, Лаэрт получил благородное воспитание и знал тонкости законов, обычаев, традиций и взаимоотношений дворянских семей, о которых сам ученый даже не подозревал.

Именно Лаэрт был следующим, кто пришел в кабинет после Килиана. Оглядев собравшихся, он коротко поклонился:

— Приветствую, господа.

С ансаррами он держался холодно-вежливо. Он не доверял чужакам, но и конфликтовать с ними не собирался. Что до самого Килиана, то единожды поклявшись ему в верности, Лаэрт всегда оказывал барону должное уважение.

Насколько искреннее — понять было сложно. Породистое, приятное лицо и ясные голубые глаза дворянина производили впечатление абсолютной честности и открытости, но подчас именно такие люди оказываются хитрее всех.

Ответом ему были молчаливые кивки. Ансарры предпочитали не произносить лишних слов там, где их не требовалось. Пустыня не терпит пустословия.

В скором времени к собравшимся присоединился Астений и последним — Яруб. Только после этого Килиан заговорил.

— Доброе утро, господа. Давайте приступим. Насколько я знаю, вчера вечером прибыла группа поселенцев.

Астений кивнул:

— Я распорядился выделить им участок с западной стороны деревни. Насколько мне известно, они вполне поладили с соседями и сегодня начали строить свои дома.

— Много? — уточнил Килиан, делая пометку на плане местности. Расположение домов, пашен и пастбищ напоминало простую логическую задачку на оптимизацию пространства.

— Совсем немного. Восемь человек. К сожалению, люди... не испытывают к нам доверия.

— Я не удивлен, — нейтрально заметил барон, — Что по поводу патрулирования территории?

— Мои следопыты прочесали местность в радиусе тридцати километров, — сообщил Джамиль, — Они взяли на примету наиболее удобные места для разбойничьих логов, но пока все спокойно. Не в последнюю очередь из-за пока вялой торговли.

Килиан кивнул:

— Непривычная климатическая зона не слишком мешает?

Джамиль криво усмехнулся:

— Пустыня, лес, какая разница?..

— Вообще, разница большая, но поверю на слово, — хмыкнул ученый, — Что по поводу «Искреннего»?

Ответил тот же Джамиль:

— Твой дирижабль усовершенствован, как ты сказал. Но я не понимаю, зачем тебе это. Мы могли бы использовать его для торговли, но ты, похоже, готовишь его к бою. Ты думаешь, на нас могут напасть?

— Ты узнаешь, когда придет время, — пообещал Килиан, — Главное, чтобы ему не потребовался ремонт в опасном путешествии. Что у нас еще на повестке дня?

Тут слово взял Лаэрт.

— Сегодня с утра прислали это.

Он извлек из-за пазухи конверт с королевской печатью. Тот был уже распечатан; с содержимым письма советник несомненно уже ознакомился.

— Вас приглашают на коронацию юного короля Идаволла Теодора Первого.

— А, он уже родился, — рассеянно протянул Килиан.

Со всеми многочисленными делами к предстоящему рождению племянника его мысли возвращались максимум пару раз. Да и сложно вести счет времени, когда практически не можешь нормально спать.

— С чего вдруг королеве потребовалось мое присутствие? — уточнил он.

— Подобные приглашения отправлены всем ее вассалам, милорд, — ответил Лаэрт.

Он единственный из присутствующих никогда не забывал про титулование.

— В таком случае, никто не обидится, если я не явлюсь на коронацию. Напиши ей письменное поздравление с рождением наследника и отправь с птицей. А нам нужно готовиться к зиме.

Лаэрт, однако, покачал головой:

— Милорд, простите, но я полагаю, что такое решение будет ошибочным. Сейчас ваше положение неустойчиво; неоднозначность вашего происхождения и прошлого вызывает опасные пересуды. Чтобы закрепиться, вам необходимо время от времени показываться при дворе. Коронация будет для этого идеальным поводом.

Килиан поморщился, но отрицать его правоту не стал. Производить впечатление — никогда не было его сильной стороной. И все-таки, он не строил иллюзий на тему способности баронства Реммен выжить в изоляции. Съездить в столицу нужно. И не просто съездить, а завести там знакомства среди южных соседей. Сейчас за ним не стоит власти адепта, а репутация героя войны — вещь крайне преходящая. По сути, изжившая себя еще в первые месяцы после победы.

— Хорошо. Подготовь мне три списка. В первый занеси тех дворян, кто с большой долей вероятности также явится на коронацию. Во второй — тех, кто, по твоему мнению, сравнительно благожелательно настроен по отношению к нам. И в третий — тех, кого, опять же по твоему мнению, нам следует опасаться.