Я посмотрела вниз. Трое стражей, которые должны были стоять прямо под нашим окном, исчезли. Их не было! Конечно, можно было бы наивно списать это на то, что парни просто ушли по нужде, но эту мысль я отмела сразу. Имперская стража так не работает.

Припав лицом к холодному стеклу, я вгляделась в ночной мрак. И тут же заметила, как вдоль густых кустов у забора скользнула чья-то тень. Бесшумная. Несущая за собой явную, осязаемую угрозу.

Я заставила себя сделать глубокий вдох, не позволяя панике опутать мой разум.

“Так, Лизавета, без истерик!”.

Взгляд устремился к спящей Аэлине, затем на входную дверь. Подкравшись к ней на цыпочках, проверила тяжелую железную щеколду — закрыта.

Что-то было не так. Чувствовала это всем своим существом. За дверью, в коридоре, должны стоять еще двое наших стражей. Но где гарантия, что, если сейчас приоткрою полотно, там окажутся именно они, а не… кто-то другой?

— Поменьше тебе детективных сериалов смотреть нужно было, Степанцева, — нервно пробормотала я себе под нос, прикладываясь ухом к прохладному дереву двери.

Слава богу! Я с облегчением выдохнула, услышав, как два стражника, оставленные на посту, тихонько, вполголоса переговаривались о каком-то новом мече, который один из них заказал брату в подарок.

Я уже потянула руку к щеколде, чтобы выглянуть в коридор и сообщить им, что стражи под окном куда-то испарились, как вдруг моего слуха коснулся тихий, сдавленный вскрик.

Я замерла, в ужасе распахнув глаза и отдернув руку от засова.

За первым вскриком почти тут же послышался второй. Затем раздался звук падающего тела и… жуткая, мертвая тишина.

— Твою же маковку! — прошептала я одними губами.

Адреналин ударил в кровь. Я стремительно оглядела комнату в поисках хоть какого-то оружия и мой взгляд упал на камин. Там, прислоненная к кирпичной кладке, стояла тяжелая, кованая кочерга.

В этот момент дверная ручка снаружи тихонько, пробуя, дернулась вниз.

— Ага, думали, мы вас тут ждем с распростертыми объятиями? — нервно фыркнула я, подлетая к камину и перехватывая увесистую кочергу двумя руками.

Дверь сотряслась сильнее.

— Ваше величество! — я бросилась к кровати и тряхнула императрицу за плечо.

— Нерия? — сонно, непонимающе произнесла она, приподнимаясь на локтях.

В ту же секунду дверь издала громкий, жалобный хруст дерева. Аэлина вздрогнула и окончательно проснулась. Выламывали. Нашу дверь выламывали, наплевав на всю конспирацию и шум!

— Что происходит?! — императрица часто задышала, ее глаза расширились от ужаса. Она тут же вскочила с кровати, путаясь в подоле ночной сорочки.

— Канделябр! Хватайте канделябр со стола! — суетливо, но зло зашептала я, кивая на тяжелый бронзовый подсвечник.

— Точно! — Аэлина, проявив удивительную для ее состояния прыть, схватила красиво изогнутый металл, встав рядом со мной.

Дверь жалобно захрустела снова. Казалось, еще один сильный удар, и она просто слетит с петель.

— За мной… — прошептала императрица. Ее грудь вздымалась часто-часто, но в голосе не было истерики, лишь жуткое осознание. — Они пришли за мной, Нерия.

Я крепче перехватила свою кочергу и мрачно усмехнулась:

— Ну уж нет. Умирать во второй раз я не собираюсь!

— А? — опешила императрица, не поняв моей фразы.

Но ответить я не успела. От очередного, невероятно сильного удара дверь с треском слетела с петель, с грохотом падая на деревянный пол. Облако пыли и щепок взмыло в воздух. А на пороге нашей комнаты выросли три высоких мужских фигуры. Нижние части их лиц были плотно закрыты черными повязками, а в руках тускло блестели обнаженные, длинные кинжалы.

«М-да, Степанцева! Тебе определенно везёт!»

8. Весна в восемьдесят семь

Елизавета/Нерия

Пыль от выбитой двери еще оседала на деревянные половицы, а я уже вовсю, с холодным врачебным прагматизмом, оценивала наши шансы.

Они стремились к нулю.

Трое здоровенных, тренированных амбалов в черных плащах возвышались на пороге, заполнив собой весь дверной проем. Они молча смотрели на нас с Аэлиной. Картинка, должно быть, выглядела донельзя комичной и жалкой: бледная, как смерть, императрица в ночной сорочке, прижимающая к груди бронзовый канделябр, и я, взлохмаченная служанка, стискивающая в руках железную кочергу.

Наемники прекрасно понимали, что мы в абсолютном проигрыше. Их позы были расслабленными — хищники, загнавшие своих жертв в угол.

— Что вам нужно? — громко спросила я, крепче перехватывая шершавое железо кочерги.

Вопрос был исключительно риторическим. Я и так прекрасно понимала, что именно им нужно — вернее, кто. Но мне необходимо было потянуть хотя бы пару драгоценных секунд.

Убийцы не удостоили меня ответом. Не говоря ни слова, они синхронно шагнули в комнату. Двое тут же рванули вперед, намереваясь быстро и без шума расправиться с императрицей, а третий небрежно замахнулся на меня кинжалом, видимо, считая досадной помехой.