— Каталина Велес, — отвечаю, глядя в поблекшие от времени глаза. — Спасибо, что согласились меня принять.

— Здесь не санаторий, чтобы тебя принимали, — высокомерно отвечает старик, и я начинаю понимать, почему с ним никто не смог ужиться. — Можешь быть уверена, работа для тебя всегда найдется. Считай, что ты мне уже должна. А пока пойдем, я покажу тебе твою комнату.

Дон Эстебан разворачивается и твердой походкой уходит в дом. Мне ничего не остается, как следовать за ним.

Дом внутри прохладный с толстыми стенами, каменными полами и деревянной мебелью. Дон Эстебан жестом указывает на комнату в конце коридора.

— Здесь ты будешь жить. Разложи вещи и можешь начинать готовить ужин. Заодно составишь примерный список покупок, я завтра собираюсь на рынок.

Несмотря на ворчливый тон, догадываюсь, что дон Эстебан проголодался. Как и я сама. Как и моя малышка. Отставляю сумку и поворачиваюсь к старику.

— Думаю, вещи никуда не убегут. Показывайте, где тут у вас кухня, дон Эстебан?

***

На ужин я быстро жарю картофель с яйцами и хамоном. Получается сытно и вкусно. К столу нарезаю деревенский хлеб, натираю его солью, пахучими травами и оливковым маслом. Нарезаю спелые томаты и перцы.

За ужином дон Эстебан почти не говорит. Сидит напротив, ест в молчании, не поднимая глаз. Я поначалу даже не была уверена, стоит ли нам ужинать за одним столом, но он сам указал мне на свободный стул.

После он сдержанно благодарит и уходит. Я собираю посуду и принимаюсь наводить порядок в кухне.

Пока что от меня не требуется ничего особо сложного. Ничего такого, что я бы не умела делать.

Пусть Катарина Джардино не мыла посуду, зато с этим прекрасно справлялась Катя Липатова. И сеньорита Каталина Велес. Мама не растила меня белоручкой, она не собиралась жертвовать мною для жизни в клане. Выдавать замуж ради блага фамильи.

Хотя, если бы я не стала слушать бабку и дядю Рокко и не согласилась вступать в наследство, они все равно нашли способ меня заставить.

Я теперь часто думаю, что случилось с нашей городской квартирой? Ведь получается, что я пропала без вести?

— Ты закончила, Каталина? — перебивает мои мысли скрипучий голос. — Если да, то следуй за мной.

Дон Эстебан приводит меня в гостиную с диваном и креслами, обитыми искусственной кожей. Вдоль стен высятся два стеллажа, доверху заставленных книгами. На столе стоит глобус, настольная лампа и портрет женщины в серебряной рамке. В углу — бюст Сервантеса.

— Садись, — старик указывает на одно кресло, сам медленно опускается в другое, — бери ручку и записывай.

Мы составляем примерное меню на неделю, прикидывая какие продукты надо купить на рынке. В этом нет ничего сложного. Мы с доньей Мириам рассчитывали на целую миссию вместе с приютом, а здесь всего для двух человек.

И мне неловко рассчитывать на себя.

— Я же пока ничего не заработала, сеньор Эстебан, — говорю дону, — может мы будем записывать, сколько вы на меня потратили?

— Еще чего не хватало, время на это тратить, — бурчит старик. — Ты все равно долго не выдержишь, сбежишь. То на то и выйдет. Не надейся, тебе ничего лишнего не перепадет.

Но когда я спрашиваю, можно ли мне принять душ, только машет рукой.

Можно мол. Принимай.

И на том спасибо.

Глава 16

Катя

Первое время мы с доном Эстебаном присматриваемся друг к другу.

Как ни странно, здесь, в этом деревенском доме я впервые чувствую себя... дома.

Ни у бабки, ни в миссии такого ощущения не было. Может быть потому, что дон Эстебан несмотря на свою напускную суровость и ворчливость оказался очень деликатным и тактичным.

Он непохож ни на кого из Джардино. Они все слишком сухие, холодные и высокомерные. Разве что совсем немного на дедушку Никола.

В миссии мне не хватало личного пространства. А здесь его хоть отбавляй.

Дон Эстебан не вмешивается в то, как я веду хозяйство. Он совсем неприхотлив. Сначала я все спрашивала, пробовала советоваться, но затем поняла, что он настоящий книжный червь. И понятия не имеет, чем лучше заправлять суп.

У дона Эстебана небогатый дом, зато большая библиотека. Я и подумать не могла, что такое возможно в маленькой деревушке.

Дон Эстебан не одинокий, у него есть сын и дочь. Они не раз предлагали отправить его в приют для престарелых, но пожилой мужчина отказывался.

— А куда я без своих книг? — сказал он мне. — Пока я в состоянии сам себя обслужить, буду жить здесь.

Мне не приходится перетруждаться или перерабатываться. Я готовлю еду, убираю в доме — делаю все то, что я бы делала, если бы жила здесь сама.

Мы пока не обсуждали мой заработок. Жилье и еда — это хорошо, но мне скоро понадобятся деньги для ребенка. Надо будет подумать, как я еще смогу заработать до родов.

Сегодня решаю убрать в гостиной, где стоят стеллажи с книгами. Но когда вхожу туда с пылесосом, застаю дона Эстебана.