– Да ты псих!

– А ты истеричка.

Я делаю ещё один шаг, и оказываюсь вплотную к ней. Личные границы? Нет, не слышал.

Хочет она или нет, теперь, пока я не придумаю что, с этим всем делать – она моя жена.

Упираюсь ладонью в дверь рядом с её головой. И я вижу как по её шее пробегают мурашки.

– Слушай внимательно, – говорю всматриваясь в её огромные глаза. – У тебя проблема.

– Моя проблема это ты.

– Ошибаешься.

Я качаю головой. Она смотрит мне прямо в глаза, мало кто выдерживает мой взгляд.

Ещё один пунктик, который меня в ней заводит, помимо охуительных сисек.

– Твоя семья не должна узнать, что ты затеяла эту хуйню с фиктивным браком, – я склоняю голову. – Да?

Мина легко кивает.

– У меня тоже были проблемы с бракосочетанием, так скажем.

– И что? – она хлопает ресницами. – Я то тут при чём?

– Да ты, что, блядь, издеваешься надо мной? Ты не понимаешь, что наши семьи скорее всего уже знают о нашем браке.

И я вижу, как в её глазах, что-то меняется. Она наконец-то поняла, во что именно мы теперь играем.

Папочка. Скандал. Фотки. Вот и дошло до маленькой истерички, наконец.

Я вижу, что Мина понимает: простого выхода нет.

Но вот что мне нравится, что она не притворяется. Она реально в ахуе, а значит должна быть сговорчивая.

Я запираю её между своими руками, упираясь в дверь с двух сторон. Я вижу как у Мины зрачки расширяются. Губы приоткрываются.

– Если ты решишь сбежать, устроить сцену или начать играть против меня, – перечисляю я. – Твой папа немедленно узнает, как его воспитанная дочка решила всех наебать.

Она шумно сглатывает. В глазах вспыхивает ненависть.

– Шантаж твой любимый метод ведения переговоров, да? – шепчет Мина.

Я смотрю ей в глаза, потом перевожу взгляд на её губы, и обратно.

– Я всегда получаю желаемое, и абсолютно похуй каким способом, сечёшь?

Мина облизывает губы и от этого действия, я снова хочу поцеловать её.

Ещё немного и я снова сорвусь.

Глава 6

Я лихорадочно соображаю. Варианта решения этой ситуации кажется просто не существует.

Меня от этого осознания буквально начинает тошнить.

В голове шумит. Мысли мечутся, я пытаюсь найти хоть один нормальный выход, хоть один. Хоть самый крошечный, самый идиотский, самый безумный.

Я пошла бы на что угодно, чтобы отмотать время назад, чтобы как-то всё исправить.

Найти хоть одну лазейку, чтобы мой мир не рухнул. И не нахожу.

Уйти? И что дальше? Ведь если брачной ночи не было, значит брак ненастоящий.

Глупость, скажет кто-то. Но в наших традициях это работает именно так.

Я не могу уйти, я должна остаться. Хотя бы на одну ночь. Чтобы все поверили.

А если папа узнает, что это был мой план фальшивой свадьбы…

Я даже не представляю, что он со мной сделает.

Выдаст меня замуж по-настоящему. За какого-нибудь его идеального кандидата.

От этой картинки меня у меня сердце сжимается.

Нет, нет, нет.

Это хуже, это в тысячу раз хуже.

Этот псих, этот наглый хам, этот невозможный мужлан – временная катастрофа. А там будет пожизненная.

Я не могу уйти, пока мы не придумаем, как выкрутиться.

Ненавижу, ненавижу его. Ненавижу Дроздова, ненавижу весь этот день.

Я пытаюсь собраться, пытаюсь восстановить дыхание. Так, это просто одна ночь, ничего страшного.

Нужно просто пережить это, и завтра я обязательно что-нибудь придумаю, решение придёт, обязательно придёт.

Я перевожу взгляд вглубь номера, меня настигает новое потрясение.

Одна.

Одна кровать.

Я медленно поворачиваю голову к Нику.

– Ладно, – выдыхаю я сквозь зубы. – Раз уж мы вынуждены здесь остаться…

– Мне уже нравится, как звучит, – Ник перебивает меня.

– Это на одну ночь, завтра мы придумаем как это всё решить.

Я складываю руки на груди, перевожу снова взгляд на единственную кровать в номере.

Ник тоже смотрит туда, а потом на меня. И этот гад ещё ухмыляется.

– Даже не думай, – выпаливаю я.

Ник лишь усмехается шире.

– Кровать моя, – я прохожу вглубь номера.

– С чего это?

– С того, что я девушка.

Я смотрю на Ника, не веря, что это вообще происходит.

У этого халка совершенно отсутствуют манеры, это просто невозможно.

– Сильный аргумент, – Ник цокает.

– Как нормальный мужчина, ты должен уступить мне кровать.

– Ты мне целый день говоришь, что я ненормальный.

– Ты просто невозможный. – Это я уже слышал.

– Ты хам.

– Тоже было.

– Самовлюблённый, неотёсанный, наглый… – я ещё сдерживаюсь, чтобы не начать загибать пальцы.

– Продолжай. Мне начинает нравиться.

– Ты будешь спать на диване.

Я сжимаю челюсти так, что аж зубы скрипят. Поднимаю руку и показываю на Ника указательным пальцем, переводя взгляд на диван, рядом с книжным столиком.