Утром приходится выпить несколько чашек кофе, чтобы открыть глаза. Несколько часов еще работаю над бизнес-предложением для нового важного сотрудничества, но в двенадцать жду как штык Яну под подъездом.

Она появляется вовремя. Приносит в салон моего авто морозную свежесть и запах неизвестных мне духов. Мой взгляд тянется к ее животу, и Яна это замечает.

— Там еще ничего не видно. Можешь не высматривать.

— Что, совсем?

— Совсем. Я только три недели как забеременела. Еще слишком рано.

— А у тебя еще не начался токсикоз?

— Еще нет. — Она смотрит на меня с подозрением. — Ты нахватался лексики беременных?

— Мне вчера Люда много рассказала о беременности, — объясняю и вижу, как Яна нехорошо прищуривается. — Это моя секретарша. У них с мужем трое детей, сейчас беременна четвертым.

Моя бывшая жена ничего не отвечает, только качает головой и отворачивается к окну. Я завожу машину и вбиваю в навигатор адрес ближайшего торгового центра, чтобы посмотреть, как проехать без пробок. Мы уже выезжаем, когда Яна вдруг говорит:

— Я насобирала половину стоимости квартиры, чтобы вернуть тебе.

— Об этом и речи не может быть. Это дом, в котором будет расти наш ребенок.

— Мне было бы спокойнее, если бы я…

— Не надо. Прошу тебя, не надо сейчас доказывать свою самостоятельность и независимость. Я знаю, что у тебя дела обстоят неплохо с косметологическим центром, что ты можешь вернуть мне деньги. Но не надо.

— Откуда знаешь?

— Потому что интересовался перед тем, как прийти к тебе. Я... рад, что твой бизнес имеет успех.

— Бизнес, на открытие которого ты не пришел.

— Ты будешь вспоминать мне это всю оставшуюся жизнь?... Мы тогда поссорились, и я не смог.

— Ты не захотел сделать шаг мне навстречу. А я ждала тебя.

На секунду я отвлекаюсь от дороги, смотрю на Яну. Она нахмурилась, прячет глаза, словно события пятилетней давности ее до сих пор грызут. Гордость до сих пор не позволяет мне сказать правду.

— Прости. Я больше не могу исправить то, что произошло.

— Уже и не надо.

— Я знаю. Мы приехали.

Яна не ждет, что я открою ей дверцу, выходит сама.

В торговом центре праздничная атмосфера. Повсюду елки, подарки, декор со снежинками, оленями Санты и другими атрибутами Рождества. Из динамиков раздаются рождественские мелодии, а витрины магазинов увешаны гирляндами.

— Что ты хотела купить родителям?

— Думала над рождественскими свитерами. А еще сладости.

Мы заходим в несколько магазинов, где Яна выбирает подарки маме и папе. Я предлагаю заплатить, но она настаивает, что сделает это сама.

— Но все необходимое для твоей беременности оплачиваю я, — говорю, когда мы выходим из магазина и идем вдоль витрин.

— Какое еще «все необходимое»?

— У меня записано. — Я достаю смартфон и пробегаюсь взглядом по списку. — Мне Люда надиктовала. Тебе нужна подушка для беременных, масло от растяжек, удобная свободная одежда…

— До этого еще долго. — Яна закатывает глаза. — При необходимости я все буду покупать.

— Нет. Об этом побеспокоюсь я.

— Глеб…

— Я думал, мы договорились. Твоя задача – носить ребенка. Моя – обеспечить твой комфорт на эти месяцы.

— У тебя тот же деловой подход ко всему, что и раньше. — Она вздыхает. — Ладно. Все купишь, но не сейчас. Я еще не знаю, сколько килограмм наберу и какая мне понадобится одежда. Живот тоже пока не растет, масло и подушка не горят.

— Хорошо, я побеспокоюсь об этом позже. Но говори, если что-то понадобится.

Я поворачиваю к Яне лицо, она кивает. Фух. Кажется, хоть в чем-то мы поладили. Но только эта мысль проносится в моей голове, как знакомый голос заставляет испугаться новых недоразумений.

— Какие люди! Вижу, ты уже не один.

Прямо перед нами стоит моя бывшая девушка. В большой шубе, расставив широко ноги и сложив руки на груди, она выглядит так, словно захотела преградить нам дорогу. У меня полно знакомых, почему мы встретили здесь именно ее?

Я вздыхаю и решаю сразу представить их друг другу, чтобы обойтись без длинных сцен:

— Яна, это Снежана, моя бывшая девушка. Снежана, это Яна, моя бывшая жена.

— А, та, которой ты ребенка должен был заделать? Так как, получилось? — Снежана, похоже, не собирается так просто отчалить по своим делам.

— И я рад был тебя видеть. Хорошего дня!

Я ловлю Яну за руку и тащу прочь. Незачем ей слушать моих обиженных бывших. Снежана что-то восклицает нам вслед, Яна даже оглядывается, но позволяет увести себя как можно дальше.

— Подожди! — восклицает, когда мы отходим достаточно далеко. Она выдергивает свою руку, встаёт напротив меня и смотрит грозно. — Ты мне что-то объяснишь? Откуда она знает о ребенке?

Чёрт, не хотел, но, похоже, придется объяснять.

— Потому что я разошелся с ней как раз тогда, когда запланировал ребенка с тобой.

— Если у тебя была она, зачем ты пришел ко мне? Как ты мог предложить мне такое, имея девушку?

Моя бывшая жена пышет гневом, повышает голос, и я тоже не сдерживаюсь: