— Автор — молодой юноша. Сын одного из помещиков, а заодно — будущий зять Петра Егоровича. Довольно юн, но уже крайне талантлив. Не только в стихосложении, он еще и прекрасную баталию написал про битву у Синопа! Мы ее отправили в «Военный сборник». Очень надеемся, что ее напечатают. Вы бы видели это полотно! Словно сам находишься в гуще сражения… И ведь если бы этот Роман Винокуров не познакомился с дочерью Петра Егоровича, то и мы не получили бы такие шедевры. Лишь благодаря господину Скородубову парень заинтересовался военным делом.

Краббе, слушая восхваления начальника порта, тут же уловил, к чему он клонит. Все же несмотря на всю свою прямоту, в интригах адмирал был искушен. Другие надолго и не задерживаются на высоком посту. Вот только слова Ставросова вызвали у адмирала противоположный, на который надеялся начальник порта, эффект. Николай Карлович внимательно слушал его, но мысль у Краббе повернула в иное направление.

«А что если вот она — ниточка, за которую можно потянуть и раскрыть, кто стоит за уходом этого капитана с рейда? Такое звучание песни… оно ведь не наше, не русское. Хоть слова и правильные, но эти инструменты… Барабаны опять же больше для Африки привычны. А кто у нас там хозяйствует? Британцы! Надо дать комиссии приказ — разузнать все, что возможно, об этом молодом даровании. Может, он связной?.. Эгей! Да этот юноша еще и недавно из Петербурга вернулся?! Там его и завербовать могли. А тут с кем он общается?.. Часто в Царицын ездит? Ради невесты? А не прикрытие ли это?»

Сделав вид, что очень благостно отнесся к рекомендациям Александра Анатольевича, мужчина с сожалением отметил, что жаль, что этого юноши нет в городе — было бы неплохо с ним познакомиться. Попутно Краббе этими словами залегендировал будущий интерес комиссии, когда ее члены займутся сбором сведений о Винокурове. И после этого пошел к членам труппы — отдать им должное за исполнение. Все-таки враг или нет этот юноша, но песня и правда цепляет. Такую не грех и перед императором исполнить. Было бы неплохо вернуться в столицу не только с отчетом о проведенной проверке, но и с таким вот «подарком».

***

Григорий был доволен. Не зря он решил задержаться в Царицыне после того выступления и первого показа этой удивительной песни! Да, ставка на Винокурова себя оправдала. Чутье музыканта Тишкова не подвело.

Когда он вместе с новой, собранной «на коленке», труппой выступил перед местными офицерами, то произведенный фурор опьянил Тишкова. Григорий решил, что вскоре их станут звать все местные дворяне, и даже можно будет выбирать — к кому прийти, а кому вежливо отказать, набивая себе цену. Увы, эйфория быстро схлынула. Винокуров умчался куда-то по своим неведомым делам, фактически бросив их. Завадский не мыслил выступление перед кем-то кроме офицеров, а остальные музыканты… Ну что взять с бродячих скоморохов?

Тогда Григорий решил все же задержаться на некоторое время в городе и дождаться Романа. Мужчина считал, что тот должен ему деньги за великолепное выступление. Помимо тех, что он уже получил в качестве «компенсации» за свои издержки. Попутно контрабасист решил переиначить некоторые знакомые песни на новый лад. Показанная Винокуровым игра увлекла Тишкова. Он увидел в ней то, что давно искал — свой собственный стиль, по которому его будут узнавать во всем мире.

И вот — это ожидание не прошло даром. Сегодня опять выступление перед офицерским собранием, но гость собрания! Вот кто впечатлил и вселил надежду в Григория — целый контр-адмирал из столицы! Если ему понравится их игра, то можно будет попытаться «сесть тому на хвост» и убедить, что необходимо взять Тишкова с собой. Заодно Григорий Лукьянович хотел показать ему и переработанные известные марши в исполнении его контрабаса. Николай Карлович Краббе мог стать тем трамплином, который вознесет Тишкова на вершину славы! И Григорий во время исполнения песни старался не за страх, но за совесть.

И вот оно!.. Надежды мужчины оправдались. Адмирал подошел к их труппе, чтобы лично поздравить с превосходным исполнением. И даже опередил желание Григория своим предложением:

— Уверен, эту песню необходимо исполнить в Петербурге. Предлагаю вам отправиться со мной в столицу, когда я закончу здесь свои дела.

Естественно, что Григорий был лишь «за»! Как и ошалевшие от такой чести скоморохи. Все испортил старик Завадский.

— Мы бы с радостью, ваше превосходительство, вот только как же мы поедем не в полном составе-то?

Краббе удивленно выгнул бровь, а старик тут же и пояснил.

— У нас солист — автор песни, Роман Сергеевич Винокуров. Но сейчас его нет в городе, вот и пришлось Митяю его подменить, — кивнул на мужика, который до этого был в «хоре» Ульян Игоревич. — С его голосом она чуть иначе звучит. Да и как же это можно — без разрешения автора, пусть и устного, перед высшим светом песню исполнять? А ну как обидится? И что про нас тогда говорить станут? Ворами обзовут? Я не вор, ваше превосходительство.

— Но сейчас же решились исполнить песню и без такого разрешения? — заметил адмирал, нахмурившись.