— Декан Спур — глупец, — резковато заявил Лаэр. — Ултуана не признают никого, кроме ултуана. Даже если этот исключение, остальные никогда тебя не примут.

— Для меня в этом нет ничего нового, — отмахнулась я. — Всегда была изгоем.

— Как и он, верно? Он принц, но ултуана его не принимают. Это вас и сблизило.

— Кажется, когда я разрешила тебе проникнуть в моё сознание, ты обещал не заглядывать никуда, кроме испытания.

— Я и не заглядывал специально. Ултуана в твоём сознании слишком много, его было трудно не заметить.

— Особенно если смотришь не туда, правда? — поддразнила его. — Мы пришли!

Реморра чуть приподнял светлые брови.

— Никогда не видел каток? — рассмеялась я. — Решишься встать на коньки без помощи магии?

Он едва заметно улыбнулся.

— Для чего это?

— Коньки? — растерялась я. — Для... развлечения.

Ещё один недоумевающий взгляд.

— Вы совсем не развлекаетесь? — я с сочувствием покачала головой. — Ну а мы, люди, и не только люди, это любим!

— Мы тоже, — усмехнулся реморра. — Но наши развлечения отличаются от ваших.

Я невольно поёжилась, вспомнив о «развлечениях» его народа, но постаралась не подать вида.

— Идём! — стиснула его ладонь. — Просто делай, как я!

Реморра последовал за мной беспрекословно. Насколько же ужасен его мир, если обыкновенные коньки могут вызвать такое любопытство! Но, мельком обернувшись, поняла: Лаэра совсем не интересовали ни коньки, ни каток. Он просто следовал за мной, не глядя по сторонам и не отводя глаз от меня... И снова я не почувствовала себя неловко под его взглядом. Наоборот, захотелось остановиться, тоже посмотреть ему в глаза, чтобы он снова приобнял меня, как тогда, удерживая от падения... Да что со мной? Может, так реморра и очаровывают свои жертвы? Идж ведь об этом предупреждал! А я вместо того, чтобы проявить хотя бы толику осторожности...

— О чём ты думаешь?

Я подняла глаза на Лаэра, чуть сильнее сдавившего мою ладонь, и призналась:

— О тебе.

По его лицу пробежала слабая не то улыбка, не то усмешка.

— Продолжаешь видеть во мне чудовище, верно? Пытаешься этому не поддаться, но предубеждение одерживает верх. Даже влечение, которое ко мне испытываешь, не в силах это изменить, — ещё одна усмешка. — И самое странное во всём этом... со мной происходит то же. С той лишь разницей, что не считаю тебя монстром.

— А кем? — я, не отрываясь, смотрела на него, уже забыв и о катке, и о коньках, не замечая чуть не задевающих нас адептов.

Лаэр наклонился и, едва касаясь, провёл кончиками пальцев по моей щеке.

— Вы очень, очень слабые. До сих пор не понимаю, как тебе удаётся оставаться собой, имея такую силу и уже раз выказав признаки одержимости. Это завораживает. Уверен, если бы заглянул в твоё сознание и увидел всё, что хочу, не смог бы понять тебя до конца. И даже сознавая, насколько союз между нами невозможен, я...

— Ты сказал «признаки одержимости»?

Вопрос будто отрезвил Лаэра, он слегка отодвинулся.

— Сказал то, что говорить не собирался? — допытывалась я. — У меня были проявления одержимости? Когд... — и тут же догадалась:

— В ночь праздничной трапезы, когда покалечила ултуана... и у меня отросли когти...

Лаэр вдруг притянул меня к себе и коснулся пальцами моего подбородка, как бы удерживая, чтобы и дальше смотрела ему в глаза.

— Для людей с твоей силой одержимость практически неизбежна. Но её можно отсрочить. И я сделаю всё, чтобы ты оставалась собой сколь возможно долго. Ты мне веришь?

Притиснутая к груди реморра, ощущая на коже его дыхание, почти соприкасаясь губами с его, я едва слышно прошептала:

— Да...

Он очень легко погладил меня по лицу, наклонился ещё ближе, словно собирался поцеловать... но в последний момент будто передумал и резко выпрямился.

— Мне пора, Сетри, — мимолётно глянул на носившихся вокруг конькобежцев. — Жаль, что не смог научиться этой забаве. Но, надеюсь, ты ещё повеселишься. До встречи!

Мимо на коньках пролетел парень, попавший в меня снежком, а чуть поодаль вроде бы мелькнула ярко-голубая шевелюра Прая... Провидец оказался прав, я действительно побывала на ярмарке. Похоже, не ошибся и насчёт «почитателя», если можно так назвать существо, объявившее, что союз между нами невозможен. Но в состояние апатии меня привело даже не это. «Для людей с твоей силой одержимость практически неизбежна»... Это прозвучало, как приговор. Сделав глубокий вдох, я побрела прочь, подальше от катка, ярмарки и веселящихся людей.

***

Видеть никого не хотелось, и я очень надеялась, что Идж уполз на ужин или ещё куда. Но подойдя к комнате, чуть не застонала, услышав его доносящийся из-за двери голос. Он был ещё и не один! Кто-то тоненько поддакивал, и я с удивлением узнала голосок Там-Талил. Вайш и луана, которые едва друг друга терпят? В переходе не было ни души, и я просто прислонилась к стене, с вялым любопытством прислушиваясь к их разговору.