Ещё один сгусток полетел в меня, но я уже поднялась. Взмах руки — и несущийся на меня вихрь тьмы развеялся по воздуху.

— Как ты... — прошипел вракк, но тут же тряхнул гривой чёрных волос и стиснул зубы.

Ещё один сгусток и ещё один, потом нечто похожее на вышку синеватого огня... Я лишь оборонялась, не нападая. Отводила фантазмы — так адепты боевого факультета называют сгустки энергии или уворачивалась от них. Стена и колонны за моей спиной трескались и разрушались, и вот один из крупных осколков, отлетев, полоснул меня по щеке. Коснувшись лица, я посмотрела на свою ладонь... кровь. Вракк расхохотался. Передразнивая меня, с издёвкой провёл когтистыми пальцами по своей щеке и задёргал ноздрями, будто собирался заплакать. И я закрыла глаза. Переход из материальной реальности в параллельную, где я оказываюсь всякий раз, когда по-настоящему прибегаю к своей силе, был настолько резким, что под ногами содрогнулся пол, а стены завибрировали. Моя до сих пор сдерживаемая магия вырвалась волной — и вракк не успел защититься. Его впечатало в стену так, что по ней пошли трещины. Мгновенно забыв о весёлости, он запоздало попытался ставить защитные щиты, посылал какие-то импульсы... но всё рассыпáлось о силу моей магии. Она вилась светящимися вихрями, расходилась волнами, от неё искрил воздух. Колонны рушились, стены трескались, а осколки и камни кружились вокруг перепуганного вракка, складываясь вокруг него в курган.

— Прекрати! — в панике выкрикнул он. — Ты победила! Остановись!

Но я уже не могла... Ярость, о которой в последнее время и не вспоминала, захлестнула сознание без остатка. Мне хотелось разрушить всё, уничтожить каждого, кто хотя бы раз попытался доказать силу на слабом. Перед глазами мелькали лица моих школьных обидчиков, кривляющиеся, смеющиеся над моими унижением и болью, и лица ултуана, холодные, презрительные, смотрящие свысока, и самодовольное лицо синекожего вракка... а потом все они растворились в окружившей меня тьме, прорезаемой лишь вспышками молний. И среди этого хаоса единственное неподвижное «пятно» — высокая фигура в тёмной одежде с капюшоном, полностью скрывающим лицо. Тень, преследовавшая меня с моего первого дня в академии, и в последний раз появившаяся во время моего прошлого поединка с вракком. И вот опять... Но теперь тень подняла голову, и мне померещились глаза разного цвета, один зелёный, другой — фиолетовый... как у Тереса Велхи. А в следующее мгновение тень метнулась ко мне, раскинув руки, и в сознании прозвучал тихий голос:

— Сетри, остановись...

Но как остановить смерч, уже меня поглотивший?

— Сетри! Посмотри на меня! Сетри!

Кажется, голос Иджа. В мареве окружившего меня хаоса мелькнул тюрбанчик и змеиный хвост. Кажется, он обвился вокруг моей шеи...

— Сетри!!

— Камень! Где её камень? — голос Тереса. — Он должен вобрать излишек магии!

Ощущение чего-то твёрдого, вложенного мне в ладонь... камень, мерцающий фиолетовым светом. Мерцание — слишком яркое... Я сжимаю его, но камень словно раскалённый. Я снова раскрываю ладонь... и камень разлетается на сотни осколков...

— Что с ней происходит? Сетри! Во имя всех богов, помогите ей!

Артар... Странно, я слышу голоса, но не вижу лиц. Чувствую обвившееся вокруг шеи змеиное тело, но оно странно дрожит, будто у Иджа сильная лихорадка. И я вдруг понимаю: сейчас с вайшем произойдёт то же, что и с камнем...

— Идж, уходи! Уберите его кто-нибудь!

Неужели это мой голос? Хриплый, низкий... почти рычание...

— Сетри, посмотри на меня! Вернись ко мне, Сетри!

Ройгос... Я пытаюсь рассмотреть его лицо, пытаюсь стащить с шеи Иджа, пытаюсь развеять бушующий вокруг меня хаос... но ничего не получается. Разрушительные волны отделяются от моего тела, и одна из них всё же отбрасывает Иджа прочь. Я силюсь закричать, вглядываюсь в поглотивший вайша мрак... и мрак расступается. Из него выходит высокая, стройная фигура с белыми, отливающими серебром волосами. От светлых глаз исходит гипнотическое свечение, красивое лицо — мрачно-сосредоточено. Лаэр... Я хочу произнести его имя вслух, но уже не могу сделать даже этого. Хаос затягивает меня, я могу сформулировать лишь одну мысль:

— Это конец... Одержимость...

Но Лаэр вдруг улыбается и протягивает ко мне руки. Я чувствую, как он привлекает меня к себе, вижу, как наклоняется к моему лицу, и слышу его шёпот:

— Теперь я точно знаю, что испытываю к тебе, Сетри.

А потом... чужое дыхание, проникающее в моё горло, мои лёгкие, мою кровь... горячее, словно раскалённый ветер. Я судорожно вдыхаю, содрогаюсь всем телом, на какое-то мгновение чувствую губы, исступлённо прижавшиеся к моим... и у меня мелькает совершенно нелепая мысль: хорошо, нечего сказать, закончился для меня бал Старой и Новой Лун! И тут кто-то, словно лампочку, выключает моё сознание...

____________________________________________________