Мысль о том, что я снова столкнусь с ними, заставляет меня проклинать себя за то, что я показала им свои чувства перед уходом. Я сделала это только для того, чтобы Сайлас не сказал еще чего-нибудь, что могло бы повлиять на меня. Я была не в состоянии сдерживать свои эмоции с тех пор, как пришла в себя. Либо порошок из корня паслена обладает свойствами, усиливающими эмоции, о которых я никогда не слышала, либо все годы, которые я потратила, подавляя свои чувства, возвращаются, чтобы укусить меня за задницу в самый неподходящий момент.

В идеальном мире я бы уже давно отсюда исчезла, и теоретически это сильно упростило бы задачу забыть их. Но если я застряла здесь, где «Бессмертный Квинтет» может меня вынюхать, то на данный момент моим главным приоритетом является слиться с другими наследниками.

Что означает… играть вместе с моим так называемым квинтетом.

Прекрасно. Но это не значит, что я собираюсь играть хорошо.

Со вздохом я лезу в розовую сумку и достаю платье, которое, по мнению Кензи, идеально мне подойдет.

О, черт.

Она была права. Оно очень подходит для меня.

Платье — шедевр из черной паутинки, легкое, с коротким верхом, который завязывается на шее и выглядит как кружевное колье. Юбка представляет собой слои рваного тюля, заканчивающиеся трепещущими завитками под корсетной частью живота. Оно без спинки, но я рада, что топ без бретелек прикрывает центр моей груди, где находится мой шрам.

Я провожу руками по ткани, очарованная ее темной красотой. Еще раз проверяя сумку, я нахожу две черные кружевные оперные перчатки, достаточно длинные, чтобы доставать мне до локтей. Они скроют мои почерневшие кончики пальцев и струпья, пока у меня не появится шанс исцелиться позже.

— Такая раздражающе заботливая, — бормочу я, качая головой.

Как только я найду Кензи, я найду способ отблагодарить ее за такой меланхолично совершенный подарок.

Но сейчас…

Мой так называемый квинтет достаточно заморочил мне голову. Пришло время свести счеты.

5

Мэйвен

Когда я выхожу из своего общежития, Крипт стоит, прислонившись к стене рядом с моей дверью, его прекрасно видно в мире смертных в его обычной одежде. Как только он видит меня, он выпрямляется. Последние лучи заката, струящиеся через окна напротив, падают на пирсинг в его ушах и брови. Его фиолетовые с серебристыми крапинками радужки впились в мои, наполненные множеством эмоций, настолько всепоглощающих, что на мгновение я могу только смотреть на него, прикованная к месту.

— Ты выглядишь как чистый грех, — шепчет он, медленно впитывая меня. — И мне всегда нравилось грешить, дорогая.

Какая-то ужасно неудобная часть меня тает, слыша восхищение в его голосе. Приятно слышать это после приложенных усилий. Я даже нанесла немного косметики, на покупке которой настояла Кензи, когда я впервые приехала сюда. Я никогда раньше не пользовалась косметикой, но я достаточно часто наблюдала, как Кензи наносит ее на себя, чтобы просто подражать ее методам.

Я наконец отвожу взгляд от Крипта, бросая взгляд на два трупа на полу рядом с ним. Они красиво одеты, как будто направлялись на танцы, но выглядит это так, словно до них добрался дикий зверь. Их одежда и костюмы пропитаны кровью, а глазные яблоки выцарапаны.

Кензи сказала мне, что большинство парней приносят на танцы модные букетики.

Это гораздо больше в моем стиле.

— Они совершили ошибку, слишком долго задержавшись у твоей двери.

— И ты их растерзал?

Его все еще отвлекает мой внешний вид. — Хмм? Нет, милая, они сделали это друг с другом. С моей стороны это была лишь самая незначительная доза мании. Однако мне жаль, что ты пропустила шоу.

Мне тоже. Но у меня есть вендетта против моих так называемых пар сегодня вечером, поэтому я притворяюсь незаинтересованной.

— Ты явно намерен продолжать преследовать меня.

— Да, до конца этой жизни и за ее пределами.

Для инкуба с репутацией ничего не чувствующего, он так мелодраматичен рядом со мной. Но тот факт, что он здесь, бесстыдно пожирающий меня взглядом, заставляет меня задуматься, было ли его увлечение мной, в конце концов, искренним.

Я имею в виду… Он действительно пытался помешать Сайласу исцелить меня, как я и просила. И насколько я знаю, он ни словом не обмолвился остальным о моем маленьком трюке с воскрешением из мертвых.

Если интерес Крипта был реальным.

Нет. Это спорный вопрос. Все мои первоначальные причины отказа от моего квинтета остаются в силе, и прямо сейчас мне нужно сосредоточиться на более важных вещах. Такие, как…

— Где мой кинжал?

Я не могу упустить это из виду. Прежде всего, это мой любимый кинжал, и так случилось, что я эмоционально привязана к нему, учитывая, что это был подарок от моего давнего друга. Я даже назвала его «Пирс», по понятным причинам.

Но во-вторых, и это более важно, он сделан из адамантина, который встречается только в Нэтэре. Если кто-то найдет это в кабинете директора, «Бессмертный Квинтет» сложит кусочки вместе и начнет искать Телум здесь, в Эвербаунде. Это усложнило бы мои попытки незаметно их уничтожить.

Крипт наклоняет голову. — Твой кинжал?

— Тот, который ты вытащил из моей груди.

Это придает его лицу угрожающую мрачность. — Это был твой кинжал, вонзенный тебе в сердце? Скажи мне, кто его туда воткнул.