Про Давыдова знаю. У нас сделка как раз намечается. Слава у него очень характерная. Пусть сейчас все легально, но так было далеко не всегда. Поднимался Давыдов в темные времена.

Степан по делу предупреждает.

— Короче, даже не пытайся, — заключает он. — Давыдов за свою дочь кого угодно порвет.

Мой ум полностью согласен. Степа безошибочно отмечает самую суть. Разумнее всего забыть эту девушку.

Но только зверь внутри так легко отказаться от желанной добычи не готов. Это он ее взглядом буравит. Рычит. И помечает — мое.

Азарт распаляется сильнее. Адреналин шкалит.

И от ее отказа. И от осознания того факта, кто она. И главное — от того, что все мое нутро к ней тянется. Животная часть сразу заявляет свои права.

Давыдова, значит. Да похер. Будет моей.

4

Это ощущается как толчок. Чужое внимание. Острое, пристальное, напористое. Чувства настолько реальные, что кажется, будто тяжелая ладонь опускается на спину, впечатывается между лопатками.

Невольно поворачиваюсь. Мой взгляд наталкивается на рослого мужчину возле барной стойки. Он небрежно привалился к высокому стулу, заложив руки в карманы брюк. Смотрит на меня в упор. Не на секунду глаза не отводит.

Мы знакомы?

Он настолько откровенно меня разглядывает. И сейчас ни капли не тушуется от столкновения наших взглядов. Продолжает цепко изучать. Спокойно, уверенно. Словно мы раньше не раз встречались.

Странно. Не понимаю. Вижу этого человека впервые.

Я бы его запомнила.

Внешность у него выразительная. Очень высокий. Массивный. Широкоплечий. Элегантный костюм подчеркивает атлетическое телосложение.

Он сильно выделяется на фоне остальных. Больше похож на какого-нибудь актера или на спортсмена, чем на бизнесмена. Слишком привлекательная внешность как для из тех людей, с кем ведет дела мой отец.

Возможно, все дело в его росте. Или в фигуре. Это немного сбивает. А еще напрягает его манера вот так подавляюще изучать посторонних.

Отворачиваюсь. Отмахиваюсь от странных впечатлений.

Вероятно, я просто отвыкла. Последние несколько лет прошли в закрытом пансионе в Англии. Высшее общество. Нормы этикета порой доходящие до абсурда. Там подобные взгляды не допустимы. Строгие правила, порядки.

А еще сказывается то, что за любой неосторожный жест можно нарваться на иск о сексуальных домогательствах.

Здесь, на Родине, совсем другое восприятие.

Вообще, я рада, что вернулась. Обратно не тянет. И лучше закончить универ здесь. Тут даже дышится иначе, свободнее.

Но конкретно сейчас начинаю осознавать, что некоторые английские правила были не так плохи. Во всяком случае, там никто ТАК не пялится.

Или мне уже кажется?

Мою кожу продолжает покалывать от напряжения. Поворачиваюсь и снова пересекаюсь с прямым жестким взглядом.

Раз — еще может быть случайностью. Два — автоматом поднимает волнение внутри. Три — дает понять, что тут уже не пахнет совпадением.

Ну нет. Дело не в менталитете. И не в стране. Больше нельзя отрицать, что никто и никогда не смотрел на меня так. Нигде.

Буравит взглядом. Точно сверлит. И похоже, моя реакция только доставляет ему удовольствие. Ведь стоит мне нахмуриться, как он моментально усмехается, продолжая развязно разглядывать меня.

К счастью, в этот момент подходит Петя. Появление друга детства разряжает атмосферу. Помогает отвлечься.

— Полина, — улыбается он, шагая ближе. — Не думал, что ты так рано вернулась. Надолго?

— Надеюсь, да.

— А как же учеба в Англии?

— Хочу здесь учиться.

— Серьезно? — удивляется. — Отец не против?

— Мы почти это решили.

— Моей сестре нравится, — замечает он. — Ее домой не затащить.

— Куда она поступила?

— Пока никуда. Там мама документами занимается. Долгая история. Куча бюрократии, — отмахивается. — Еще отдыхает. Катается по Ирландии.

— Ну отдохнуть классно.

Отец пока дает мне время. Никак не хочет отказываться от идеи, что у меня должен быть престижный диплом. С одной стороны — он прав. И я сама не могу отрицать очевидные преимущества. Даже наследники самых богатых английских семей не всегда могут получить места в некоторых учебных заведениях. Глупо отказываться. Но при всех плюсах такого образования, чувствую, что еще несколько лет в той клетке не выдержу. Даже года будет много. Мне колледж дался с трудом.

— Может потанцуем? — предлагает Петя.

— Давай, — киваю.

Он ведет меня в центр зала, но мы едва успеваем начать, как рядом вдруг оказывается тот самый незнакомец, который с меня глаз не сводил.

Замираю, увидев, как он обращается с Петром.

Крупная ладонь опускается на плечо парня. Сначала это выглядит будто легкий хлопок. Но уже в следующий момент он буквально отодвигает Петю в сторону. И даже не глянув на него, обращается ко мне:

— Потанцуем? — его хриплый голос вызывает нервную вибрацию внутри.

А взгляд заставляет растеряться.