— Этот амулет был создан по заказу Лухарис, крылатыми эльфами, пятьсот лет назад, — добавила я, выдержав паузу. — И еще кое-что: мой настоящий отец, Юзоф — белый дракон, — передал его мне. Рыбка — моя хранительница.

Повисла тяжелая тишина. Понтий медленно перевел взгляд с меня на Рыбку, затем снова на меня. Его лицо оставалось непроницаемым.

Он замер на мгновение, осмысливая услышанное. Затем, тяжело вздохнув, медленно поднял сачок и выпустил Рыбку на свободу.

— Значит, ты уже все знаешь, — тихо проговорил он, снова вздохнув, будто сбрасывая с себя тяжелую ношу.

— О том, что я — будущая Потерянная ведьма? — сказала я, внимательно наблюдая за его реакцией.

Понтий вздрогнул, словно мои слова ударили его в самое сердце. Он опустил голову, на мгновение погрузившись в свои мысли, но затем, собравшись с духом, поднял взгляд.

— Да, — наконец, кивнул он, голос его звучал глухо, словно признание давалось с трудом. — Твоя аура, твоя энергия — все указывает на то, что ты та, кого мы ждали. Именно поэтому твой отец, Юзоф, передал тебе амулет и Рыбку, чтобы защитить тебя. Хотя о Рыбке... я не знал. Это был сюрприз и для меня.

Он замолчал, но я не спешила нарушать тишину. Мне нужно было больше.

— Случайно обнаружив амулет, твоя мать... испугалась. — Он сделал паузу, взгляд уходил куда-то в прошлое, а пальцы нервно перебирали край плаща. — Он не снимался. Никакие заклинания, никакая сила не могли отделить его от твоей кожи. Она наложила чары слежения, годами искала ответы... пока не появился Юзоф. Твой отец.

Ледяная волна прокатилась по моей спине. Пальцы невольно впились в подлокотники кресла.

— Они встретились. Странно, правда? Он помнил все. Она — ничего. Хотя оба должны были не помнить об этом. А тут — будто впервые увидела человека, с которым когда-то делила ложе.

Понтий говорил методично, не замечая, как белеют мои костяшки.

— Твой отец объяснил ей: Потерянная Ведьма избрала их сосудом. Его род пять веков хранил этот амулет... ждал, когда проснется твоя кровь.

Последние слова повисли в воздухе тяжелыми колокольными ударами.

— Я говорю об этом амулете, что висит у тебя на шее, Агата. Амулете Потерянной Ведьмы, — дополнил Понтий.

— Так все сложно и витиевато, — повторила я, словно не веря.

— Это история... Мать твоя была безутешна, — Понтий опустил глаза. — Она не могла понять, почему именно ее дочь оказалась связана с Потерянной Ведьмой. А потом всплыло древнее пророчество Вангарии.

Я почувствовала, как внутри меня все переворачивается.

— И что это значит для меня? — спросила я, стараясь сохранить спокойствие, хотя голос слегка дрожал.

— Это значит, что твоя утрата сил не случайна, — неожиданно вмешалась Рыбка. Она летала рядом, но ее глаза, обычно веселые, сейчас были полны серьезности. — Тебя ждет новая сила — сила Потерянной ведьмы. Пока ты ее не получишь, ты должна держаться в тени.

— И еще, — добавила она, ее голос стал тише, почти шепот. — Ты уже начинаешь ее приобретать, даже если еще не осознаешь этого.

Я задумалась, чувствуя, как все сказанное постепенно укладывается в голове.

— Кто-то ведет меня по этому пути... — тихо прошептала я, глядя в никуда.

И в этот момент что-то внутри меня изменилось. Будто незримая нить связала меня с чем-то древним, могущественным и пугающим.

— Судьба. Как ни старайся, все, что должно произойти, все равно случится, — уверенно сказала Рыбка, ее голос звучал спокойно, но в нем ощущалась какая-то древняя мудрость. — Даже если свернешь не туда, дорога все равно приведет тебя к началу.

Я молча смотрела на нее, обдумывая сказанное.

— Твоя связь с Фабианом была альтернативным путем, — задумчиво произнес Альбус, сцепив руки за спиной. — Возможно, семь лет назад ты бы уже раскрыла свои способности и стала Потерянной ведьмой. А к тридцати нашла бы свой истинный путь.

— Точно, — неожиданно подтвердил Понтий, будто только сейчас осознал это.

Я нахмурилась, пытаясь собрать все кусочки в единую картину.

— Так, может быть, мать Фабиана знала, кто я на самом деле? — спросила я, мои слова прозвучали резче, чем я ожидала.

Альбус кивнул, его глаза блеснули интересом, словно он уже давно задавался этим вопросом.

— Вполне возможно, — ответил он, слегка прищурившись. — Она могла знать о твоих способностях. И, возможно, намеренно направила тебя по другому пути.

Понтий нахмурился, его взгляд устремился куда-то вдаль, словно он пытался вспомнить что-то важное или понять скрытый замысел.

— Но почему тогда она не сказала об этом прямо? — спросила я, чувствуя, как сомнения разрывают меня изнутри. — Почему не предупредила меня?

Понтий на мгновение замолчал, его лицо затянуло тенью.

— Иногда, — наконец произнес он, его голос звучал глухо, — люди действуют не так, как нам кажется логичным. Может, у нее были свои причины. Причины, которые мы не знаем.