Минут через пятнадцать все было кончено. Эльфы, словно вышедшие из древнего эпоса, стояли перед нами, их оружие было сверкающим, а лица оставались безмятежными, как будто они только что вернулись с легкой прогулки.

— Мама, папа! — вдруг радостно вскрикнула Рыбка, ее глаза засверкали. — Спасибо, что пришли! Нам так нужна была ваша помощь!

— Мама? Папа? — удивленно переспросила я, глядя на крылатых эльфов.

— Давно тебя не видели, Рыбка, — сказал мужчина-эльф с легкой улыбкой, обращаясь к ней. — Это твоя подопечная?

— Да, — подтвердила Рыбка, пожав плечами. — Но она немного... ну, скажем так, туповатая. Поэтому я тридцать лет просидела в анабиозе.

— Тупая?! — выдавила я, чувствуя, как внутри закипает злость.

— Ага, вижу. Она бесконечно задает глупые вопросы, — невозмутимо добавила женщина-эльфийка, посмотрев на меня с легким сочувствием, будто я была ученицей, которая никак не могла выучить урок.

— Ну да, еще и русалкой стала — из бочки, представляешь? — Рыбка залилась смехом, едва не упав в воздухе. — Сидит там, маринуется, как огурец! И ее лучшие друзья — бритый козел и жирный буйвол. Ну это черт и ее дочурка, если вкратце. Нам их надо расколдовать, а потом...у нас впереди долгий путь…

— ...Короткий путь! — перебила я, не в силах слушать больше.

— Не дуйся, — встрял в разговор мужчина-эльф, а Рыбка посмотрела на меня с притворным сочувствием. — Ваш мир, правда, немного примитивен по сравнению с нашим. Иногда нам сложно понять ваши архаичные обычаи и средневековый образ жизни. Это все равно что отправиться в племя в Африке, где до сих пор живут в палатках из какашек и пьют воду из луж...

«Сам ты дом из какашек», — выругалась я про себя, чувствуя, как раздражение на этих напыщенных эльфов нарастает. Они считают, что их крутые машины и дорогие часы — это вершина цивилизации, но забывают, что настоящая ценность в другом.

— У нас вода из озер до сих пор питьевая, а у вас в мирах только нефть да гнилые рыбы! — выпалила я, не в силах сдержать эмоции. — Вы засорили свой мир до такой степени, что даже рождаемость упала. Дошло до того, что вы создаете детей в инкубаторах. Мы знаем прекрасно, что такое ваша "современная жизнь", но не собираемся портить наш мир. Наш мир чистый, и именно поэтому он так долго был главным среди всех ваших "современных"!

Мужчина-эльф усмехнулся, его крылья слегка дрогнули, будто он собирался взлететь.

— Не забывай, какой мир сейчас главный, — сказал он, прищурившись. — Наш. Вешна.

— Вешна, — повторила я с издевкой, скрестив руки на груди. — Время покажет, кто на самом деле главный.

Рыбка посмотрела на меня удивленно, но быстро взяла себя в руки. Ее лицо стало серьезным, а голос прозвучал твердо:

— Не ссорьтесь, — сказала она, разводя руками. — У нас есть дела поважнее. Надо расколдовать всех и наколдовать вам одежду.

Мужчина-эльф с ухмылкой кивнул, но не стал продолжать спор. Вместо этого он сосредоточился на мешках, шкурах и цепях, которые валялись неподалеку. Его руки двигались с невероятной скоростью и ловкостью, и вскоре он начал плести из этого нехитрого набора материалы, которые постепенно превращались в одежду.

Я наблюдала за этим процессом с легким недоверием, но не сказала ни слова. Через некоторое время передо мной лежали несколько простых, но вполне приличных комплектов одежды.

— Вот, — коротко сказал мужчина-эльф, кивая в сторону получившихся вещей. — Это временное решение, но лучше, чем ничего.

Женщина-эльфийка тем временем шагнула вперед, ее движения были плавными, словно у танцовщицы. Она направилась к Альбусу, который все еще стоял рядом со мной, со смешком наблюдая за происходящим.

Она начала шептать заклинания, ее голос звучал как тихая мелодия. Вокруг Альбуса образовался светлый ореол, который становился все ярче и ярче с каждым словом. Я почувствовала, как волосы на затылке встали дыбом от магической энергии, заполнившей воздух.

Через несколько мгновений сияние стало нестерпимо ярким, и Альбус вдруг изменился. Его козлиная шерсть исчезла и перед нами снова стоял черт в своем обычном облике.

Альбус потряс головой, будто сбрасывая остатки магии, затем быстро подобрал одежду, накинул ее и оглянулся на нас с широкой улыбкой. Балахон выглядел довольно странно, но главное, что теперь мы могли продолжить путь, не испытывая неловкости.

— Спасибо, — сказал он, обращаясь к эльфам. Его голос звучал искренне. — Я думал, что так и останусь козлом навсегда.

— Ну, в общем-то, сильно ты и не изменился, — бросила женщина-эльфийка с легкой усмешкой. — Пожалуйста, — добавила она, а затем, поворачиваясь к Рыбке, сказала: — Теперь твоя подопечная. Надо ее подготовить.

Альбус нахмурился, скрестил руки на груди, но ничего не сказал. Рыбка кивнула и, подлетев ко мне, мягко дотронулась до моего плеча.

— Ты готова? — спросила она тихо, но уверенно.

Я глубоко вдохнула и кивнула.

— Да, готова.