— А ну-ка, дай попробую я, — сказала я, глядя на Альбуса и стараясь сдержать волнение, которое грозило выплеснуться наружу. — Какое заклинание ты пытался сделать? Рассказывай, что нужно делать.

Альбус закатил глаза, словно ему было лень объяснять, но все же ответил:

— Прозрачность. А суть его...

Я глубоко вздохнула, стараясь не сорваться, и, проигнорировав его ответ, задумчиво качнула головой, уходя в свои размышления:

— Это зелье точно должно было сработать для соединения сил. Я хотела создать его, чтобы наши с Никитой способности объединились. Долго работала над ним. Оно еще не завершено, но на том этапе, на котором я остановилась, оно должно было закрепить магию и расширить ее.

Альбус прищурился, внимательно слушая.

— Но… один ингредиент мне подсказал мой муж, — добавила я, чувствуя, как внутри меня загорается подозрение. — Возможно, он что-то испортил или изменил.

— Ну, сейчас узнаем, насколько он его подпортил, — хмыкнул Альбус, сложив руки на груди.

Я нахмурилась, чувствуя, что насмешка совсем не к месту.

— Просто сделай движение рукой вверх, взмахни плавно, — произнес Альбус, его голос звучал спокойно, но требовательно. — Закрой глаза и произнеси тихо, почти напевая, растягивая последние звуки каждого слова: «Купа, вуда, барм, шехти баги».

Я глубоко вдохнула, стараясь сосредоточиться, и выполнила его указания. Затем, открыв глаза, посмотрела на черта, все еще стоявшего передо мной со своей злобной мордашкой.

— Ничего не произошло? — спросила я, слегка растерявшись.

— Произошло, и как! — закричал мой сын. Его лицо было бледным, а в голосе звучала явная паника. — Я вас не вижу! Вы пропали!

Я растерянно посмотрела на Альбуса.

— А почему я вижу его? — спросила я, чувствуя, как волнение внутри нарастает.

Лицо Альбуса исказилось от раздражения, и, тяжело вздохнув, он ответил:

— Потому что мы, черт возьми, связаны, — его голос оставался сдержанным, но в нем явно звучала горечь. — Ты видишь меня, потому что используешь мою силу.

Я нахмурилась, пытаясь осмыслить его слова.

— Подожди, но телепортация... Ты ведь можешь, а я — нет. Значит, ты хочешь сказать, что...

— Именно, — перебил он. — Ты использовала мою силу, чтобы переместиться в спальню. Зелье работает: я опустошен, а ты — с прибавлением.

Его слова звучали резко, но я чувствовала, что его раздражение — лишь верхушка айсберга. В глубине скрывалось что-то большее: усталость, возможно, даже обида.

— Ты хочешь сказать, что у меня теперь две силы, но использовать их я могу только при контакте с тобой? — уточнила я, чувствуя, как в голове начинает проясняться картина. — А у тебя больше нет магии нашего мира?

Альбус медленно кивнул, и в его глазах мелькнула тень горечи.

— Именно так. Взмахни рукой и скажи: «Рахуль мутар критериус», а то твой сын сейчас дар речи потеряет, не видя нас.

— Ой ли, — возмутился Никита, но его голос все же дрогнул.

Я повторила заклинание, и мы снова стали видимы. На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием Никиты.

Но внезапно Альбус оживился, словно его осенило. Его взгляд загорелся странным блеском, который я не могла сразу понять.

— Твой муж не просто так предложил тебе последний ингредиент, — произнес он, глядя на меня пристально. — Он либо замешан в заговоре, либо находится под воздействием чьей-то силы.

Я замерла, чувствуя, как сердце сжалось.

— Что ты пытаешься сказать? — прошептала я.

Альбус подошел ближе, его голос стал мягче, но от этого не менее настойчивым.

— Ты способна создавать зелья высокого уровня. Твоя сила отличается от силы остальных жителей нашего мира, и ты это прекрасно знаешь. Как и твой отец.

Я вздрогнула, услышав это.

— Вот почему твоя мать прятала тебя от всех, — продолжил Альбус. — Когда ты покинула королевство с Фабианом, она была в отчаянии. Ты ведь знаешь, почему? У тебя много врагов. Даже меня ты когда-то к ним записала.

Я отвела взгляд, чувствуя, как его слова больно ранят.

— Это было давно, — пробормотала я.

— Возможно, — сказал Альбус мягче, но его взгляд оставался холодным. — Но враги не забывают. И если твой муж действительно предложил тебе тот ингредиент, он мог быть под чьим-то влиянием. Или…

— Или? — переспросила я.

— Или он все это время играл против тебя, — закончил Альбус, и его слова повисли в воздухе, как тяжелое облако.

Я смотрела на него, словно завороженная. Мои мысли стремительно вернулись к анализу всего, что происходило со мной в последние годы. Если рассмотреть теорию с учетом предположения Альбуса, то складывалась довольно логичная версия, объясняющая многие вещи. Фабиан всегда был рядом, всегда знал, что сказать и когда. Но если он действительно замешан в заговоре или находится под чьим-то влиянием, это многое объясняет: его странное поведение в последние месяцы, неожиданные вспышки гнева, которые он не мог контролировать, пьянки и, конечно, этот последний ингредиент, который он предложил мне. Но если это правда, то кто за этим стоит? И что им нужно от меня?