— А что ты будешь делать, когда уйдешь в командировку? Кто присмотрит за Тео? Так хотя бы он будет спать в своей постели и рядом будут те, кому он небезразличен.

— Пап, ты же собирался на пенсию. Продать дом, путешествовать. Пять лет свободы, а потом осесть где-нибудь.

Отец два десятка лет работал на Рэйфа. Когда тот женился на Сэди, поставил CEO, чтобы больше времени быть с семьей. А отец, наоборот, погрузился в дела. Он был не просто начальником охраны, а настоящим цербером, контролирующим все. Но обещал маме уйти к концу года.

— Честно говоря, мы и сами думали — где ты осядешь, там и мы. — Он грустно усмехнулся. — Надеялись, что от вас с Уиллом будут еще внуки, даже если ты клялся остаться холостяком.

Я стиснул зубы, чтобы не застонать. Уилл мечтал о детях, а я шарахался от темы.

Но я услышал главное: они предлагали разделить ношу. Заботу о Тео. А я не хотел, чтобы они жертвовали своими планами ради меня.

— Внуки — одно, — хрипло сказал я, — а становиться родителями в пятьдесят пять — совсем другое.

Отец пожал плечами.

— Жизнь любит кидать гранаты. Иногда только после того, как собираешь обломки, понимаешь — это было лучшее, что могло случиться.

Красивые слова. Но боль только резанула сильнее. Осколки моей жизни не должны были лететь и в них. Он заметил мои сомнения.

— Подумай. Ты же не бросаешь его в систему опеки. Ты его опекун. А мы просто поможем, когда тебя не будет рядом.

— Мы любим его, Паркер, — сказала мама, входя на кухню. Она обняла меня за талию и прижалась головой к моему плечу. — Мы любили Уилла. Тео уже был нашим внуком. Сейчас это просто стало официально.

Я стиснул зубы так, что челюсть пронзила боль, отдаваясь в висках.

— У тебя будет время все обдумать, — добавил отец. — Команду не вызовут, пока не убедятся, что все улеглось.

Всего несколько месяцев. Сто двадцать дней, прежде чем начнутся тренировки.

Хватит ли этого, чтобы выправить курс? Впервые в жизни я не знал ответа. Не имел ни малейшего понятия, как это сделать.

Глава 11

Фэллон

THE PROPHECY

by Taylor Swift

10 лет назад

ОН: *** GIF с кантри-исполнителем, говорящим «с днем рождения» ***

ОНА: Ну и как сильно тебе было больно отправить этот GIF?

ОН: Оно того стоило, если это заставило тебя улыбнуться. Как празднуешь?

ОНА: Не знаю. Мама ничего не говорила, и это нормально. В этом году будто и праздновать не стоит. Без Спенсера все кажется неправильным.

ОН: Сегодня твой день. И ты ЗАСЛУЖИВАЕШЬ, чтобы его праздновали.

Настоящее

Ветер был на удивление холодным для этого времени года, хлестал по лицу, пробирался сквозь легкую фланелевую рубашку, пока я гнала Дейзи в гору. Над светлеющим небом разливалась яркая палитра цветов, словно мороженое «радуга». Сердце подпрыгнуло от восторга перед величием природы.

Закаты на пляже в Сан-Диего я любила, но ничто не могло сравниться с рассветом или закатом на ранчо. Белые вершины гор вздымались над головой, поля, усыпанные дикими цветами, качались в утреннем свете, а озеро отражало небо так, будто конца не существовало ни тому, ни другому.

Я нуждалась в этом — больше, чем сама себе признавала.

Здесь я чувствовала умиротворение и безопасность. Второе такое место было лишь одно — рядом с Паркером.

Но стоило этой мысли мелькнуть, я тут же оттолкнула ее.

Паркер не мой — так же, как не был моим и Джей-Джей. А вот это место — земля и все, что я вижу перед собой, — мое.

Я подстегнула Дейзи, и впереди показалась высокая стена из речного камня. Металлические ворота над дорогой распахнуты, приветствуя гостей курорта. За ними дикая красота предгорий Сьерры превращалась в тщательно продуманные сады с фигурными живыми изгородями и цветущими деревьями. Мы с папиными деньгами добавили бассейн с золотыми отблесками на воде. Рядом стояли несколько стильных кабан для уединения знаменитых гостей и бар, где можно было подплыть прямо на матрасе и заказать напиток.

А дальше возвышался викторианский замок, где я прожила первые пятнадцать лет. Завитки и башенки золотых фронтонов повторяли очертания английского замка, в подражание которому его построили мои прапрадеды. Тогда, в тридцатых, на нашей земле нашли алмазы, и состояние сделало семью одной из богатейших в Калифорнии. Но через десяток лет все иссякло.

К тому моменту, как погиб Спенсер, замок и угодья начали приходить в упадок. Ранчо стояло на грани банкротства. Тогда отец вмешался и предложил маме и мне превратить его в курорт, вложив свои деньги и опыт, заработанный на пятизвездочном комплексе в Лас-Вегасе. Я настояла, чтобы для нас с мамой построили маленький домик на два спальни выше в холмах. Так мы не мешали гостям и жили отдельно от замка.