Его голос едва не стал последней каплей. Он был почти точь-в-точь как в университете — обыденный, знакомый и спокойный. Вовсе не назойливый, поскольку назойливость предполагает, что некто пытается навязать кому-то свое верховенство. Но в самом звучании голоса Деново это было само-собой разумеющимся.

— Профессор, — наконец ответила она: — Рада, что вы присоединились к нам в реальном мире.

— Тара, — он продел большие пальцы в шлейки для пояса и стал похож на деревенского Посвященного. Один в один. Деново нравилось изображать простака, чтобы обезоружить противника этой маской и внезапно контратаковать, когда тот обманется ложным чувством своего превосходства. — Я-то надеялся, что к настоящему времени ты уже поняла, что один мир ничем не хуже другого. Университет поспевает повсюду, и дотянется куда угодно. — Даже его улыбка казалась простецкой. Тара почувствовала, как цепенеет спина. — Как поживают родные? Все в том же городке? Как там бишь его — Эджвуд? Бордерхил?

Ей не нужно было напоминать ему название. И за одно только упоминание семьи ей хотелось треснуть его по шее.

— Что вы с ними сделали?

— Ничего! — он рассмеялся. — Просто расспрашиваю бывшую студентку о жизни. Бывшую студентку, которая отплатила за учебу пожаром и кровью.

— По крайней мере, вы не удивились, увидев меня живой?

— Дорогая Тара! Ты нарушила кучу правил и была за это наказана, но я был абсолютно уверен, что ты выживешь. Как ты находишь заслуженную свободу — оказавшись на службе в Келетрас, Альбрехт и Эо — одной из крупнейших компаний в мире? Стала по-настоящему свободной?

— Куда больше, чем в вашей лаборатории. Может, вы огласите суть дела, или мы будем болтать весь день?

— Ну, разумеется, — Деново слегка поклонился и повернулся к судье, подняв руку: — Ваша Честь, Кос Вечногорящий мертв.

Вокруг него взревело голубое пламя, скрывшее внезапные удивленные возгласы присутствующей публики. Судья знал суть иска заранее, прочитав его этим утром, но и его поблескивающие в звездном свете глаза чуть расширились.

Тара подняла правую руку:

— Ваша Честь, Церковь Коса заявляет о том же. Кос мертв, и мы пришли, чтобы даровать ему жизнь.

Вокруг них повернулись гигантские колеса Таинств. Зашелестели друг по другу потайные шестерни, и невидимые серебряные иглы автоматически записали священные имена вокруг кругов защиты и призыва. Абелард был прав. Зал Суда был куда меньше, чем внушала огромная черная пирамида. Большая часть помещения была занята механизмами, призванными защитить человечество, дерзнувшее заключать сделки с богами.

Судья откинул голову, и из темноты возник заостренный крюк бело-голубого света, который пришпилил его к помосту. Заклинания опутали все его тело и разум, вынудив напрячься каждый мускул его тела. Сейчас он уже не был собой, а служил посредником между Тарой, Деново и третьим судом по делам Таинств.

Тара почувствовала, как в тот момент, когда таинственные механизмы и магия начали сдерживать энергию мироздания, ослаб пульс мира — то еле-заметное дрожание вроде порхания крыльев бабочки, знакомое каждому начавшему постигать Таинства студенту. У нее была под ногами образовалась точки опоры, и отсюда она могла перевернуть весь мир.

— Я призываю в свидетели силы звезд и земли, — продолжила она. — Я призываю в свидетели всех божеств и верующих жителей Альт Кулубма. Кос умер честно и не по своей вине, и, чтобы вновь служить своим прихожанам, не должен оставаться мертв. И на время разбирательства я требую применения первой, третьей и седьмой видов защиты, чтобы сохранить его тело от растерзания и порчи. — В мелких делах вроде взаимовыгодного оживления зомби из Эджмонота она бы проделала эту часть тайком, включая часть следующей работы. Но этот случай был куда серьезнее, и значительно деликатнее. Ей следует действовать осторожно и гласно, чтобы не поспешить и забежать слишком далеко вперед, оказавшись в беззащитном положении.

Настала очередь Деново:

— Чтобы защитить своего клиента, моя оппонентка взывает к защите мира, людей и богов. Мои клиенты оспаривают ее заявление о том, что Кос умер честно и не по собственной вине. Я, на основании фактов, заявляю о том, что Церковь Коса заключила от его лица сделку, которая привела к поражению ее покровителя, а именно — договор о защите с пантеоном Ишкара. В виду этого, мы не можем полагаться на церковную бюрократию в вопросе поддержания функционирования бога.

— Возражение принято, — ответил судья, не открывая рта, однако его голос отразился эхом от стен зала.

Тара набрала в грудь побольше воздуха:

— Тот самый контракт с Ишкаром, на который ссылается господин Деново, был заключен с полным осознанием возможных потенциальных последствий. И Церковь вполне правомочно рассудила, что он не способен нанести долговременных повреждений Косу.

На ее стороне зала вспыхнуло пламя.

Судья окинул невидящим взглядом паутину огня на полу зала:

— Слово господину Деново.

Деново встал лицом к Таре. Она увидела, что скрывается за его приятным и уверенным фасадом: это была сеть шипов в форме человека, тварь, носящая его словно костюм. Он воззвал к своей силе.