Она помнила только две вещи. Первое — у нее есть тело. И второе — лежащие на полу каменные люди невиновны в преступлениях, в которых их обвиняли. Их нужно освободить.

* * *

Тара лежала в серебряном озере с полузакрытыми, полуоткрытыми глазами в предрассветный миг между сном и пробуждением. Она чувствовала обнимавшие ее руки — прохладные и успокаивающие. Она заглянула в глубокие, бесконечные зеленые глаза, которые были ее собственными. Она вспомнила боль. Она вспомнила голос Серил: — «Позволь мне…»

«Позволить что?»

«Позволь мне войти».

Вернувшись в тело, она чувствовала, что ее душе стало тесно в прежней оболочке.

В Храме Справедливости глаза открыла Серил, и сердце Серил забилось в ее груди.

Она почувствовала живот, увидела на нем кровь, но не чувствовала боли. Лунная паутина затянула рану. Ее разум не был одинок. Ее окутывала Серил — серебристая, древняя и прекрасная.

Она услышала как раскрылись двенадцать кандалов, и взревел хор разъяренных каменных глоток. Затрещало пламя и рявкнули молнии, и безымянные силы схлестнулись с гулким грохотом медных цимбал.

Она встала. В прореху в небе сияли луна и звезды. Она чувствовала каждую неровность под ногами.

Ее Защитники были свободны и кружились в танце.

Их танец не получался. Трое пали на землю со сломанными крыльями и ранами в серебристой плоти. Один был мертв, а двое смертельно ранены. Ее верховная жрица и фрейлина Эйв кружилась в воздухе, пытаясь когтями прорвать прозрачный купол, который защищал Деново. Ее атаку поддерживали еще трое. Еще одна пара извивалась от боли, скованная сетью из тонких красных нитей, обжигавшей тело и душу. Еще двое пытались удержать третью, которая двигалась с остекленевшим взглядом словно марионетка. Дэвид тоже пытался разбить защиту Деново, но профессор использовал свое высокое и мстительное искусство Таинств исключительно против Защитников.

Она видела каждый удар, каждый ответный выпад и контратаку, но быстрее любого человека. Деново за своим туманным щитом двигался подобно дирижеру оркестра.

Не сделав ни шага, она приблизилась к схватке. Ее ноги парили на ладонь над полом. Лунный свет придавал рукам Защитников силу, скорость их крыльям, а их когтям прочность, чтобы вонзаться, рвать и терзать. Вот молния поразила Защитников по имени Джейн и Раэль. Они упали, но Ее свет выхватил их из мрака смерти. Гар с кабаньими клыками на лице уже провалился в яму вечной смерти, но Ее любовь стала длинной серебряной нитью, которая вернула его назад. Лунный свет сомкнулся вокруг разума Эйв и освободил ее из-под контроля Деново.

Тот обратил свое внимание к Таре. Несмотря на сосредоточенное выражение лица, с его лица не сходила улыбка.

— Знаешь, — произнес он сквозь рев и грохот боя, — я едва не пропустил Божественные войны. Я был одним из самых юных из тех, кто ходил в бой.

Он взмахом, направил Таинство к оранжевой сфере наверху, но она лунным светом перехватила его выпад. Эйв схватили шипы теней, но она затупила их острия. Заклинание Деново ударило Тару огненным копьем, но Она отклонила его в сторону.

Сейчас ее мысли замедлились и давались ей с трудом.

— Ты не первая богиня с которой я сражаюсь, — сказал он спокойно и холодно. — Ты не можешь бросить свою паству. Я убиваю то, что ты любишь, а ты защищаешь. Пока ты растрачиваешь все силы, я трачу по… чуть-чуть…

Он сощурился и обхватившие Эйв шипы заострились, пропасть, в которую падал Гар стала глубже, темнее и ненасытнее, а нацеленное в тарино сердце копье быстрее и точнее.

Со звоном колокола свет мира сорвался со своего насеста в голове Тары, и повис перед нею в виде прекрасной женщины из морозного света и камня, привязанной к тем, кого она не могла покинуть из-за привязанности личного творения.

Рана Тары вновь открылась и кровь хлынула сквозь трещины в обожженной плоти. Ее разум был пуст, но вновь принадлежал целиком ей, а мир стал ее, а не Серил. Она забыла имена Защитников, но увидела среди брошенных железных оков свернувшуюся жалким клубочком Кэт, опутанную сеткой из красных нитей. Значит, Защитников освободила она. Хорошо.

Мисс Кеварьян лежала на полу, а рядом с ней Абелард. Совершенно неподвижный.

— В этом проблема связей, — произнес Деново. — Они связывают обе стороны.

Деново потянулся к сфере веревкой, свитой из огня.

Тара закричала, свила звездный свет в собственную веревку и ухватила петлей сферу. Деново был восходящей звездой Таинств. Он тянул к себе, она к себе, Серил к себе, горгульи удвоили натиск, и все равно сфера перемещалась к его протянутой руке. Он усмехнулся.

Тара моргнула, и на нее обрушилась темнота.

* * *

Тара сидела, откинувшись, в кожаном кресле под зажженным канделябром. Напротив нее стояла мисс Кеварьян в черном деловом костюме абсолютно владея собой.

Слева от Тары в другом кресле сидел Александр Деново с открытым от шока ртом.

— Какого черта?

— Мы оказались между мгновениями, — объяснила мисс Кеварьян.

— Как ты смогла затащить меня сюда?