— Ваша система тоже убивает. Вы не отменили жертвоприношения, вы сделали их демократичными, каждый день кто-то умирает, и больше всего страдают бедные и отчаявшиеся. — Он указал на одного из уборщиков. — Ваши боссы выжимают из них все соки, пока у них не остается другого выбора, кроме как заложить душу и продать свое тело за дешевую рабочую силу. В прежние времена мы чтили наши жертвы. А вы насмехаетесь над ними.

— Да? Если принесение в жертву было такой честью, скажи мне: сколько жрецов погибло на алтаре?

Они беззлобно препирались, как задиристые мальчишки, по привычке кружа друг вокруг друга, вооружённые лишь тупыми палками.

По улице брели ревенанты, подметая дорогу, хотя убирать было нечего. Серебряные кольца на их запястьях поблескивали в свете уличных фонарей.

— Как Цзимет попал в воду? — спросил Темок.

— Будто ты не знаешь.

— Я всю ночь сражался с мелкими демонами. Спасал жизни. Неужели ты так плохо обо мне думаешь, что я мог на такое пойти?

— Там твоя подпись, нарисованная жёлтой краской высотой в фут. Твоя или кого-то из твоих друзей.

Темок усмехнулся.

— Я пропустил ту часть, где это было смешно.

— Нечестивые системы Красного Короля впустили в мир демонов, а ты обвиняешь меня.

— Так вот зачем ты здесь? Чтобы ещё раз послать сообщение Красному Королю? В прошлый раз он чуть не убил меня, когда ты пытался это сделать.

— Я знал, что с тобой ничего не случится. К тому же, если Копил что-то предпримет, ты сможешь за себя постоять.

— Пап, — начал Калеб, но не смог придумать, что ещё сказать, чтобы не сорваться на крик. Он уставился на остатки шоколада на дне кружки. — Я не смог бы от него защититься.

— Ты не знаешь, на что способны твои шрамы. Мы с Копилом сражались друг с другом по нескольку дней подряд во время Войны Богов.

— Он стал сильнее. Он чуть не раздавил меня, сам того не желая.

Темок пожал плечами.

— Зачем ты здесь, пап?

— Чтобы пожелать тебе удачи.

— Откуда ты знаешь, что я собираюсь сделать?

— Большую часть ночей ты спишь как убитый. Но сейчас ты волнуешься из-за кружки с шоколадом. Тебя тревожит что-то важное. Тебе предстоит задание, и ты не знаешь, справишься ли, будешь ли достаточно сильным, достаточно умным.

— Ты явился, бросив вызов Стражам и Бессмертным Королям, чтобы сказать мне, что всё будет хорошо?

— Нет.

— Что же тогда?

— Все будет не так просто. Не я сделал воду черной, а кто-то другой. Скорее всего, тот же человек, который взорвал Северную Станцию и отравил "Яркое Зеркало". Стражи так заняты охотой на меня, что не могут найти своего настоящего врага. Темная сила действует против Дрездиэль-Лекса, действуя решительно и скрытно. Ты в опасности. Как и все остальные. Я пришел пожелать тебе удачи и предупредить, чтобы ты был осторожен.

Порыв горячего ветра ударил Калеба в лицо. Он знал, что, когда проморгается, Темока уже не будет.

Некоторое время он сидел на пустой скамейке, потом поставил чашку на бордюр и побрел к своей холодной постели.

24

Серый рассвет застал Калеба на парковке у пирамиды. Толпа протестующих, собравшихся накануне вечером, разрослась. Мужчины и женщины по всей Сансильве и в центре города проснулись и обнаружили, что их душевые кабины не работают, а из кранов не льется вода. Некоторые отправили гневные письма с крысами. Другие пришли на Сансильву, 667, и пожаловались лично.

Толпу от парковки отделяла шеренга Стражей. За Стражами стояли големы и ревенанты из "Красный Король Консолидейтед", которые лязгали и постанывали всякий раз, когда протестующие подходили слишком близко.

Веселые сотрудники службы поддержки среднего возраста дежурили за линией Стражей, слушая тех, кто мог объяснить, в чем проблема, и подвергаясь словесным нападкам со стороны остальных. Насколько мог видеть Калеб, до насилия дело пока не доходило. Толпа по-прежнему сторонилась мертвых и Стражей.

Мэл протиснулась к нему сквозь толпу. Один из големов попытался преградить ей путь, но она ударила его ладонью в грудь. Воздух вокруг голема задрожал, и он отступил в сторону, чтобы дать ей пройти.

Пробравшись сквозь толпу, она подошла к Калебу, улыбнулась и вздернула подбородок в знак приветствия.

— Отличный у вас отдел по работе с жалобами. Особенно мне нравятся ребята с такими же милыми лицами. С ними клиенты чувствуют себя как дома.

— Жизнь трудна, а бессмертие, еще труднее. Нам нужен кто-то, кто будет нас защищать.

— Я присмотрю за тобой.

— А кто присмотрит за тобой?

— Ты что-нибудь придумаешь.

— Ты слишком высокого мнения о моих способностях.

— В таком случае мне придется довериться им. — Она указала вверх.

Калеб почувствовал, как у него сжалось сердце, когда над его головой захлопали огромные крылья. Над ним промелькнула тень, похожая на ятаган, а за ней еще одна. В небе кружили коатли, словно акулы, высматривающие добычу. Эти звери были крупнее обычных скакунов Стражей, их разводили для дальних полетов и сражений. На спинах у них висели ремни с багажом: палатками, припасами, оружием.

Восемь Стражей везли его на север, на войну.