— Ты всё еще из-за дня рождения твоей мамы? — вздыхает он.

— Не только.

— Не то чтобы викарий позволил бы мне запросто проводить время со своей Возрожденной Валорой, пока ты была в часовне.

— Ты мог найти меня за пределами часовни.

— А ты бы мне позволила? — спрашивает он так, будто обдумывал это бесчисленное количество раз. — Будь честной. Мог бы я просто подойти и пригласить тебя провести со мной вечер, а ты бы ответила «да»?

Я скрещиваю руки на груди, вспоминая, с каким упорством я избегала именно его, когда сбегала с тренировок. — Ну, в ту первую ночь здесь ты тоже не был со мной паинькой.

— На нас буквально напали, а ты старательно изображала статую. — Лукан качает головой и снова переводит взгляд на меня. — Если бы ты мне не нравилась, зачем бы я лез из кожи вон, чтобы подлатать тебя тогда или помогать сейчас?

— Ты сделал это ради выгоды, — отрезаю я.

Он смеется, и этот звук заставляет меня едва ли не подпрыгнуть — так громко он отражается от пола и потолка. — Ты поразительно упрямый человек. — Это напоминает мне его слова из первой ночи, и я осознаю то, что почти зацепило меня тогда: он говорит это так, будто это комплимент.

— Научи меня остальным сигилам, которые были в драконах, и я подумаю над этим твоим предложением о «союзе».

— Ты о мне слишком высокого мнения. — Он закатывает глаза, но снова становится серьезным. — Я смог добыть только один в одиночку — и выбрал желтого дракона, надеясь, что это исцеление. Я изрядно пострадал в процессе, так что, к счастью, я не ошибся. Я прятался под желтым драконом до утра. Инквизиторы, должно быть, отключили остальных, пока я спал.

— Тебя спрашивали о том, видел ли ты сигил? — спрашиваю я. Лукан качает головой. — Меня тоже. Значит, они не против того, чтобы мы ими пользовались…

— Верно. У тебя есть тот, что защищает. У меня — тот, что лечит. Отличная команда. Почему бы не работать вместе?

— А как же Сайфа?

— Двое союзников лучше, чем один. Вместе мы сильнее.

Его предложение повисает в воздухе, пока я его обдумываю. Могу ли я ему верить? Другие фракции уже начали формироваться. Нас с Сайфой будет сложнее задавить числом, если нас будет трое.

Она бы уже визжала, заставляя меня согласиться, или умирала бы со смеху, узнай она, что он сам умоляет нас о помощи, а мне даже не пришлось ни разу хлопнуть ресницами.

К счастью, я не Сайфа, и моя осторожность — залог нашей безопасности. — Откуда мне знать, что ты не просил об этом же других? Что ты не играешь со мной?

— Я бы не стал раскрывать свое преимущество кому попало.

Не самый убедительный аргумент… Пока я взвешиваю риск и возможную выгоду, он продолжает: — Возьми время, подумай. Я не собираюсь давить на тебя сейчас, потому что знаю — ты примешь верное решение.

Наглец. — Ладно. — Я встаю и направляюсь к двери.

— Пожалуйста, кстати. — Он заставляет меня обернуться. Самый кончик его рта слегка приподнимается. — За то, что исцелил тебя.

На самом деле я невероятно благодарна — и мне стыдно, что я до сих пор не сказала «спасибо», поэтому я выдавливаю: — Спасибо.

Лукан улыбается, и вся комната будто становится светлее. Снова кажется, что он светится. Но на этот раз никакой магии… он делает это сам по себе.

Я быстро ухожу, пока он не поймал мой завороженный взгляд. Последнее, что мне нужно — это чтобы он решил, будто мне нравится на него смотреть. Но как только я выхожу из зала капитула в галерею, я слышу два голоса, доносящиеся из коридора впереди.

Голоса, которые я знаю слишком хорошо.

Глава 23

Я замечаю Сайфу, которая разговаривает с Синдел, и тут же задаюсь вопросом: «Мне что, сейчас придется разнимать драку?»

Прежде чем я успеваю подойти и выяснить всё самой, Синдел замечает меня, вздергивает подбородок и уходит. Сайфа разворачивается и направляется ко мне.

— Ну-у… — тянет она, многозначительно поигрывая бровями в тон насмешливой улыбке. — О чем вы там шептались с Луканом?

— Сначала ты, — говорю я, кивая в сторону, куда убралась Синдел. — О чем вы говорили?

Улыбка Сайфы тускнеет. — О, я просто отвела её в сторонку, чтобы прояснить: если она еще раз рискнет пойти на тебя — или подошлет своих прихвостней, — ей придется иметь дело не только с моими словами. И я умею бить куда больнее, чем она и её жалкие лакеи могут себе представить.

— Бендж не был такой уж большой проблемой.

— Не был, но ты же знаешь Синдел. Она из чего угодно сделает проблему. — Серьезное выражение лица Сайфы смягчается, на губах играет легкая усмешка. — И ты знаешь меня. Я становлюсь злой, когда голодна, так что последнее, что нам нужно, это чтобы мне постоянно приходилось делиться с тобой своей порцией.

В груди теплеет; я хватаю её за руку и сжимаю. — Ты лучшая, ты в курсе?