– П-ф, посмотрим, – фыркнула ведьмочка.

– Тцыть, разойдитесь! – урезонил обоих Рыжков, внимательно разглядывающий получившееся. – Вроде всё на месте, ничего не упустил. Начинаем.

Кудесник, слегка крякнув и щёлкнув суставами, устроился на нижней ступеньке крыльца. Отрешился от всего, Медленно вдохнул. Затем, одновременно с резким выдохом выкинул обе руки ладонями вперёд в сторону торчащего из земли гвоздя. Гвоздь моментально раскалился до бела, и сырая земля вокруг него начала с шипением выбрасывать невесомые струйки пара. Несколько секунд больше ничего не происходило, как вдруг словно бы ожившая чародейская схема налилась зеленоватым светом, а из вспыхнувшего и быстро осевшего серым пеплом платка с треском вырвалась изумрудная искра, как бы в ожидании задрожавшая в метре от земли. Рыжков встал со ступени и неспешно, как будто боясь спугнуть, подошёл и подвёл сложенные лодочкой ладони под получившийся энергетический сгусток и было направился к пролётке, но тот вдруг начал биться, показывая, что ротмистр идёт не туда.

– Неужели? – пробормотал ротмистр и, наклонившись, что-то шепнул воплощению поискового заклятия, которое, вспыхнув в ответ яркой зеленью, взлетело по небольшой дуге и с шипением упало в пруд у основания мельничного колеса, там и погаснув.

– У меня для тебя плохие новости, – произнёс Антон Владимирович, обернувшись к замершей ведьме. – Твоя сойка, случаем, не сюда упала?

– Именно сюда! – Глаза остолбеневшей девушки расширились до такой степени, что, казалось, вот-вот вылезут из орбит. – Неужели?..

– Увы, но боюсь, что да.

Ланина прикрыла рот ладонями, продолжая таращиться на то место, куда несколько секунд назад упала искра. Ротмистр подошёл к самому берегу, присел, дотронулся ладонью до бурой стоячей глади и будто бы толкнул что-то под воду, после чего весь пруд озарился зеленоватым, медленно угасавшим сиянием чар подчинения нечисти.

– Егоров, успокой девицу. – Антон Владимирович кивнул в сторону ведьмочки, которая так и застыла, слепо глядя в одну точку. – Сейчас будет истерика.

– Сто́ит ли? – ответил адъютант.

Елена, услышавшая, что говорят о ней, вдруг пришла в себя:

– Как?! Она! Могла! – будто вбивая гвозди, выкрикнула молодая ведьма. – Как она могла оставить меня в последний момент? Что я буду делать? – Ланина запустила пальцы в светло-русую шевелюру, разметав бывшую до того довольно прихотливой причёску. – Кто завершит моё обучение?! Кто передаст мне силу?! – Елена опустилась на корточки и снова уставилась в одну точку, так и держась за голову.

Тем временем вызванный Рыжковым свет совсем угас, и посреди пруда из воды появилась бугристая широкоротая морда водяника. Нечисть уставилась на ротмистра белёсыми глазами и неожиданно тонким певучим голосом спросила:

– Чего надо, кудесник?

– Притащи труп ведьмы. Пожалуйста, – процедил Антон Владимирович. – Надеюсь, ты его не сожрал?

– Не ем гадость, – пропела потусторонняя тварь. Быстро, но тихо, без малейшего всплеска она подплыла к мельничному колесу и нырнула, не оставив на воде кругов. Прошла пара секунд, и из глубины показалось опутанное водорослями нечто. Следом всплыл и водяник.

– Видел, что произошло? – равнодушно поинтересовался жандарм, при помощи палки подтягивающий к берегу то, что всплыло.

– Что на берегу, не интересно мне, – бросило существо, скрываясь под водой.

Наконец, вытащив на берег свою находку и освободив её от плотного савана спутанных водорослей, ротмистр с оторопью склонился над тем, что осталось от Мельничихи. Красное платье, в котором Рыжков не узнал свою подопечную на вокзале, мокрой тряпкой окутывало полностью высохшую мумию и стелилось по прибрежной траве.

– Мне казалось, что при жизни она была… более выдающейся, – присвистнул подошедший Егоров.

– Ощущаешь запах? – Рыжков слегка ковырнул синеватые струпья вокруг раскрытого рта умершей ведьмы.

– Странно, – принюхался поручик. – Тиной точно не пахнет. Трупной вони тоже нет. Да неужели? – Лицо адъютанта озарилось догадкой.

– Стелламиновый запах ни с чем не перепутаешь, не так ли? – поднял взгляд Рыжков. – Найди-ка, голубчик, во что нам завернуть эту «добычу». Запрём её в мельнице от греха, а там уже наследница решит, что делать с телом. – Антон Владимирович посмотрел в сторону продолжавшей сидеть Ланиной. – Елена Игоревна?

– Да? – Словно бы и не очнувшаяся ведьмочка, как сомнамбула, на негнущихся ногах подошла к трупу.

– Не могу не спросить, ради протокола. Это она?

– Да. – Елена взглянула на страшную находку и подняла глаза к небу в попытке сдержать потоком полившиеся слёзы.

– Иди в коляску, милая, – потеплевшим тоном отослал её Рыжков. – Егоров, что ты там возишься?