Мы оба падаем на колени в песок и начинаем вскрывать промокшие сумки. Одежда, зубные щетки, зубная паста, мыло, шампунь, маникюрные наборы и многое другое высыпается из сумок, и я начинаю плакать. Это такая мелочь. Такая маленькая победа. Это не накормит нас и не даст нам кров, но даст нам хоть какую-то нормальность.

Нейт бежит к океану и начинает тянуть к берегу большой кусок металла.

Кусок самолёта.

— Что ты делаешь? — кричу я ему.

— Мы можем это использовать, Пип. Мы можем использовать всё это. Металл из самолёта, чтобы создать барьер для навеса. Мы можем использовать длинные стержни из ручек чемоданов, чтобы удержать нашу конструкцию в вертикальном положении. Мы можем сделать острые копья для рыбалки и охоты. Мы можем вырезать материал из тканевых чемоданов для корзин и сетей.

Воодушевление в его голосе заставляет меня улыбнуться. Я наконец верю, что с нами всё будет хорошо. Независимо ни от чего, мы пройдём через это.

— Хорошо, Джек. Что мне нужно делать?

Он замирает. Если бы я не знала его лучше, я бы подумала, что он перестал дышать. Он медленно поворачивается ко мне лицом. Его лицо – пустая маска... но я вижу скрытую под ней злость.

— Кто, чёрт возьми, такой Джек?

О.

Ооо.

Он ревнует. Он думает, что я оговорилась и назвала его именем другого мужчины. Я сдерживаю смех и иду к нему, слегка покачивая бедрами.

— Доктор Шепард... — отвечаю, наклоняя голову, как будто оцениваю его реакцию.

— Твой доктор? — спрашивает он, больше не скрывая властного оттенка в голосе.

— Он... доктор, — дразню я, получая от этого слишком много удовольствия.

— Вы были вместе? — печаль в его глазах почти заставляет меня прекратить игру. Почти. Насколько я понимаю, я его простила, но это не значит, что он не заслуживает небольшой мести.

— Боже, как бы я хотела. Но мне определенно больше нравился его друг, Сойер.

В его глазах мелькает гнев.

— И ты встречалась с этим придурком Сойером? Что это за имя такое, Сойер?

Я больше не могу сдерживаться. Я взрываюсь смехом, слёзы текут по моему лицу, а его гнев на вымышленного персонажа продолжает нарастать. В конце концов, замешательство сменяет гнев, когда Нейт наблюдает за моей истерикой.

— Это сериал, Нейт, — хихикаю я, задыхаясь. — О авиакатастрофе. Не могу поверить, что ты его никогда не смотрел!

Напряжение покидает его тело, но он всё ещё не улыбается.

—Ну, почему, чёрт возьми, ты назвала меня Джеком, если тебе нравится этот придурок Сойер? — он ничуть не стесняется своего небольшого проявления альфа-самца.

— Потому что... — говорю я, скользя руками по его обнажённой груди. — Джек был тем, кто решал проблемы. Героем. Руководителем.

Он берёт мои руки и подносит их к своей шее.

— Я хочу быть тем, кто получает девушку. Я хочу быть Сойером, — он почти надувает губы.

— Сойер был профессиональным преступником, который обманывал женщин и забирал их сбережения, — говорю я без выражения. — А Джек в конце концов получает девушку.

Нейт поднимает бровь.

— Мне, наверное, стоит побеспокоиться о том, какие парни тебе нравятся, — его руки движутся к моей талии, а затем опускаются на мои бёдра.

— Тебе обязательно стоит, — шепчу я, вставая на цыпочки, чтобы приблизить свои губы к его. Это движение заставляет его руки скользнуть ниже по моей спине. Он сдвигает их ещё немного, пока не может обхватить мою задницу. — Сомнительные личности. Все до единого.

— Пещерные люди, — шепчет он, прижавшись к моим губам.

Я отстраняюсь и широко улыбаюсь.

— Мой нынешний возлюбленный действительно трахнул меня в пещере.

— Нынешний? Попробуй последний. Следующего не будет. Он кусает мои губы, пока я не открываюсь для него. Он наклоняется, не отрываясь от моих губ, и поднимает меня, как невесту. — Я покажу тебе, насколько могу быть сомнительной личностью.

— Нейт, — хихикаю я, — Подожди! Подожди! Ящерицы...

ГЛАВА 42

НЕЙТ (26 ЛЕТ)

Прошёл год с тех пор, как Эмми поставили диагноз. Врачи отложили удаление почки в пользу нескольких раундов агрессивной химиотерапии и облучения. Это был лучший вариант, чтобы выиграть время и попытаться найти донора. Без пересадки ей придётся сидеть на диализе до конца своих дней, а продолжительность её жизни значительно сократится.

Её опухоль немного уменьшилась, но даже с помощью экспериментальных лекарств её состояние не улучшается. Если бы она не участвовала в испытаниях, она не смогла бы отложить операцию на столь длительный срок.

Небольшие победы.