Пробравшись по тёмному коридору и путаясь в дверях, я наконец натыкаюсь на Лену. Она берёт меня за локоть и уводит в гримёрку.

Меня то знобит, то накрывает волной жара.

В горле застрял ком, который я пытаюсь протолкнуть минеральной водой.

— Ну вот, молодец же, — приговаривает подруга, закрывая дверь на замок. — Молодец, Янка. Можешь ведь, когда соберёшься.

Мне хочется сказать: «Отвали», но я всё ещё перевариваю события, которые только что приложили меня о дно. Из-за этого просто молчу.

Надеюсь, ни мама, ни бабушка не видят этого позора. Не краснеют, глядя на меня с небес. Иначе я этого просто не вынесу.

— Кажется, имениннику не очень понравился подарок, — отвечаю после паузы, вытирая губы. — Или я.

— Нет, что ты. Клиенты бывают разными. Тебе просто повезло, что он оказался нормальным, — отмахивается Лена. — У меня тоже такие попадались. Как-то раз влиятельный папаша заказал своему сыночку приват на восемнадцатилетие. Ты бы видела этого бедолагу, когда я тёрлась об него сиськами. То краснел, то бледнел. Руки по швам. Но это куда лучше, чем когда хватают без спроса.

— Тут и спорить нечего.

Я подхожу к туалетному столику и выдавливаю на ватный диск мицеллярную воду, пока подруга пересчитывает деньги. Несмотря на то что она колдовала над моим макияжем почти час, появляться в таком виде в общаге опасно.

Я стараюсь там не отсвечивать. Скромно одеваться. Быть тенью. Моя мечта — накопить на квартиру со своей кухней, душем и туалетом, а не с одной комнатой размером со спичечную коробку.

— Вот, держи, — говорит Ленка, вручая мне гонорар. — Если надумаешь ещё когда-нибудь подзаработать — обращайся.

Спрятав деньги в сумку, я наспех сдираю с себя сценический костюм, будто он жжётся, натягиваю джинсы и удобную толстовку, собираю волосы в хвост и выскальзываю из мужского клуба «Офлайн» через чёрный ход.

На улице свежо и моросит дождь. Я прячусь под козырьком, пытаясь вызвать такси. Но в это время суток все машины заняты, поэтому приложение показывает бесконечный поиск.

— Даяна! — окликает меня Ленка, появляясь в дверях. — Фух, а я думала, ты уже уехала...

— Нет свободных машин. Пока жду.

— Тогда давай я тебя подвезу. Арсен на сегодня уже отпустил.

Подруга роется в сумочке из чёрной лакированной кожи и достаёт ещё несколько купюр. Я смотрю на неё, не моргая. Не беру — осторожничаю. За просто так ничего не бывает. Это правило я уяснила ещё в детдоме.

— Ой, ну на уже, — цокает языком Ленка, запихивая деньги в большой карман моей толстовки. — Это чаевые. От клиента. А ты говорила: «Не понравилась, не понравилась», — кривляется она, передразнивая меня.

Я краснею до корней волос и опускаю глаза.

Вполне возможно, я ему не понравилась — просто пожалел. Хотел напоить, накормить. Может, даже прикрыть, чтобы не замёрзла.

Хотя подруге совсем не по пути меня подкидывать, потому что теперь её маршрут проходит через центр, она всё равно делает крюк.

Во дворе общаги через один горят фонари. Ямы под колёсами — по колено, поэтому мне неловко, что ей пришлось жертвовать не только временем, но и подвеской.

Напоследок чмокнув Ленку в щёку, я выхожу из машины, юркаю в подъезд и поднимаюсь на третий этаж.

Как бы мне ни хотелось, чтобы в двенадцатом часу ночи мои соседи по блоку уже спали, но это, конечно, из области фантастики.

Из десяти комнат здесь только в половине живут адекватные люди: студенты, семейники или пенсионеры. В остальных — сплошные маргинальные личности. Особенно Толик, недавно вышедший после десяти лет отсидки. Он не работает, бухает с утра до вечера на общей кухне и периодически подбивает ко мне клинья, когда его накрывает.

— Даянка, это ты, что ли, вернулась? — гремит его голос.

Я пролетаю мимо, делая вид, что не слышу, и запираюсь у себя в комнате на все замки.

Выдыхаю. Прижимаюсь спиной к двери. Нервно посмеиваюсь.

Комната, которую мне выделило государство как сироте, небольшая. В ней есть всё необходимое для жизни — кровать, стол, шкаф и старый холодильник. Даже маленькая плитка. Но я, разумеется, хочу большего.

Сняв обувь, первым делом иду к шкафу и открываю шкатулку, где храню свои сбережения.

За сегодняшний вечер мне удалось существенно пополнить запас. К тому же чаевые от именинника почти равны сумме, которую Лена вручила в качестве гонорара.

Такими же перебежками я бегу в душ, а потом возвращаюсь обратно. Падаю на подушку, прокручивая в памяти недавние события, как заевшую пластинку.

Голова кружится.

Всё кажется каким-то нереалистичным. Боже, странным! Кроме, разве что, прикосновений мужских ладоней к моим бёдрам. Их я до сих пор ощущаю фантомно.

7.

Таисия

«Приземлилась», — пишу мужу.

Сообщение доставлено.

Прочитано.

Ответа нет.

Ок. Ну ладно.

Самолёт садится с опозданием на полтора часа.