— Ты чего меня тянешь, как собаку?! — громко возмущается папа, когда мы наконец-то доходим до двора. Господи, да что ж так далеко идти-то?! На нас уже вон все прохожие обернулись, когда это закончится? — Я тебе что враг? Пришла, блин, с каким-то хлыщом… А я, значит, не имею права слово сказать в своём же доме?

— Это не твой дом, пап, это улица — огрызаюсь в ответ. — И не ори. Пожалуйста… И так все соседи нас постоянно обсуждают, а ты… ты вообще мне обещал не пить! И что… Опять сорвался? Не хватило сил?

Мы тормозим у дверей, папа взирает на меня мутным взглядом, в котором ни совести, ни здравомыслия — полный провал. Я бы могла сорваться и снова накричать на него, припомнить все, но я устала. День был слишком насыщенным, и единственное, что мне нужно — тишина. В идеале бы еще и чистая квартира.

— Я что, по-твоему, слепой? Видел, как ты ему глазки-то строила!

— Ты бы лучше видел, как деньги в бутылки сливаешь, — буркаю и бросаю руку отца уже в подъезде. — Дальше сам.

— Эй! Кира! Кирюша! Ну чего ты? У меня же ноги не волочатся!

— У меня тоже, — я срываюсь наверх, хотя сердце не на месте, ведь отец может реально упасть на лестнице. Получить там травму или сломать себе кости. А потом мне еще сидеть и обхаживать его? Хотя… может, пусть уже сломает что-то? Глядишь, тогда до “горяченького” не дойдет. Прикованный к кровати — не самый плохой вариант для него.

Вхожу в квартиру первой и торчу на кухне до тех пор, пока не слышу, как ручка поворачивается. Дошел, значит. Выдыхаю и только после закрываюсь у себя. Не ложусь отдыхать, какой там? По плану зубрежка нового материала. Мне нужны знания, высокие баллы для поступления. А значит, сон для слабаков…

Заканчиваю возиться почти к половине второго. Зеваю, желудок ноет от голода, но я не разрешаю себе думать о еде. Все равно в холодильнике, с долей вероятности, пусто. Так что лучше сразу лечь спать. И черт меня дергает перед сном проверить телефон. А там… два сообщения непрочитанных.

Одно от Олега. Его я читаю сразу, ощутив где-то под ребром ностальгию. Раньше мы часто обменивались сообщениями, обсуждали в чате, как прошел день, пересылали друг другу картинки смешные. Теперь же… я превратилась в молчуна, у которого вечно нет ресурсов.

“Приветик? Как ты? Смотри, мама подарила мне два билета на концерт, сходим? Он в субботу.”

На концерт, ожидаемо, идти я не могу, у меня работа. И снова грустные мысли подкрадываются. Почему моя жизнь не как у всех? Почему я не могу прогулять уроки, а вечером сбежать на концерт? Не могу гулять с парнем за руку по бульвару, есть мороженое и обсуждать новинки в кинопрокате? Мое детство так рано закончилось… Однажды я проснулась и резко стала взрослой.

Второе сообщение от Ромы. Его я медлю читать. Сердце отчего-то закручивается, словно юла по спирали. И пальцы покалывают. Волнение сжимает горло. Но я все равно набираюсь смелости и захожу во вкладку.

“Все нормально? Если отец тебя обижает, скажи мне, Кира…”

Я не отвечаю, только телефон под подушкой прячу. И мысль в голове простреливает дикая, до ужаса желаемая, которую мне нельзя хотеть. Ни в коем случае. Ведь если Рома продолжит так себя вести, я поверю, что кто-то, в самом деле, может закрыть меня своим плечом от этого мрачного уродливого мира…

***

Храп отца разлетается на всю квартиру, когда я утром завариваю себе чай. Мне хочется снова облить его водой и встряхнуть, но я опять не делаю ничего. Толку от моих попыток все меньше… Пока человек не поднимет голову, он никогда не вылезет из ямы, в которую провалился. Мне пора бы смириться с этим…

В школу ухожу без настроения, у меня бывает так иногда по утрам. Просто встала и не смогла улыбнуться своему отражению в зеркале. Наверное, усталость виновата, или еще что-то, причину чего я называть мысленно не готова. Поэтому пусть будет усталость и недосып.

И все вроде неплохо, до тех пор, пока я не оказываюсь на пороге гимназии. Неожиданно перед глазами вспыхивают картинки, как я тонула вчера, и страх, словно змея, медленно подбирается к шее. Мне стоит оглядываться? Ждать чего-то еще? Или если Вика права, и это дело рук Ромы, он перейдет к другим действиям? Господи… У меня даже колени подрагивают, словно какой-то психологический триггер теперь входить в это проклятое здание.

Нет! Нет! Давай, Кира! Ты справишься. Сделай этот проклятый шаг! Никто не имеет право отбирать твой билет в счастливое будущее. Если сбежишь сейчас, до конца жизни будешь прозябать в доме с отцом.

Кивнув самой себе, расправляю плечи, поднимаю подбородок и стараюсь идти так, будто ничего не произошло. Все свои переживания запихиваю глубоко внутрь, под толстый слой брони. С таким настроем кое-как дохожу до кабинета, где уже довольно шумно. Усаживаюсь за парту, удивительно, сегодня на ней нет дурацких фраз, которые тут оставляют придурки-одноклассники, руки немного дрожат, когда я достаю тетради.