— Конечно, тебе нравится, — стонет Илья. — Ты всегда выбираешь самый прямой путь. Ром, подумай головой. Это может ударить по Кире еще сильнее.

— А молчать и ждать, пока они ее дальше будут травить — это лучше? — огрызается Рома. — Я не собираюсь сидеть и смотреть, как мою девчонку унижают.

«Мою девчонку».

Он сказал это так легко, так естественно, будто уже тысячу раз произносил. Щеки мои мгновенно вспыхивают, а сердце совершает глупый кульбит. Часть меня хочет провалиться сквозь землю от смущения, а другая — глупо улыбнуться и спрятаться за Ромой, за его плечами.

Эти парни… они обсуждают меня, будто я не здесь. И так обыденно у них это выходит, словно мы с Ромой реально близки. А еще у меня возникает странное ощущение, что я стала частью чего-то большего. Их дружбы. Той, у кого появились не просто проходные знакомые. Эти трое стоят друг за друга горой. И мне кажется, что в реальности, за меня первый раз встают на амбразуру.

— Ребят… — зову тихо. — Я не хочу, все это... Всю грязь... Особенно вокруг тебя, Ром. Твои родители, они ведь могут подумать, что я реально...

— Моя родители — отдельная история, — отрезает он, перебив меня. — И это не грязь. Я все решил, Волкова. Ты больше не одна, привыкай, что теперь у тебя есть я.

Тимур кивает, одобрительно хлопая Рому по спине:

— Вот это я понимаю — мужской подход. А то некоторые тут воду льют, — он косится на Илью.

— Я не воду лью, я мозгами думаю, — парирует Илья. — Но если вы двое уже все решили… Ладно. Только без перегибов.

— Обижаешь, — ухмыляется Тимур. — Сделаем все четенько. Школа точно заткнется.

Глава 53*

Когда мы выходим из школы, то встречаемся с Викой. Она смотрит не на меня, а на Рому, и на то, как он сжимает крепко мою руку. Взгляд ее при этом делается тяжелым, как тучи, которые никогда не исчезнут с неба, оставляя после себя бесконечный сезон дождей. Однако она молчит и только держит прямо спину.

Мельком я замечаю, что Рома погружен в разговоры с парнями, и до Вики ему нет никакого дела. Мне не хочется это признавать, но я облегченно выдыхаю. У него к ней остыли чувства, а это значит, что со мной он настоящий. Никакого притворства. Только искренность, которая меня подкупает с каждым часом все больше.

На парковке Вика медлит. Она держит открытой дверь машины, в которой ее ждет водитель, и будто бы что-то читает в своем телефоне. Но, понятное дело, ее взгляд полностью прикован к нам. К тому, как Рома открывает мне дверь, сегодня он приехал за рулем сам. Как парни между собой переговариваются, и даже то, как Тимур заботливо поправляет мне лямку рюкзака. Я больше не их враг, теперь я их друг. А это значит, что план Вики провалился.

Когда я сажусь в салон, то ловлю себя на странном ощущении, будто украла что-то важное, что-то, что мне никогда не должно было принадлежать. И от этого в груди скребет, хотя я упорно отказываюсь считать себя воровкой. Это был осознанный выбор Вики, и вполне осознанный выбор мой.

Новый телефон вибрирует в кармане, на экране высвечивается имя Олега. Мы разговаривали пару дней назад, я соврала ему, что все хорошо. А еще про Рому сорвала. Сказала, что мы просто друзья. Одноклассники. И вообще-то поддерживать связь внутри школы важно. Однако все это полная ложь. Ничего дружеского между нами не было изначально. Непонятно только, почему я продолжаю врать об этом всем вокруг, включая саму себя.

— Да, привет, — говорю я, поднося мобильный к уху.

— Привет. Я писал тебе вчера и сегодня утром. Ты молчишь... Я начинаю переживать, — суетливо перебирает слова Олег.

— В школе много заданий было, прости... — отвечаю с отговоркой.

Рома садится в машину, хлопает дверью и поворачивается ко мне.

— Ты пристегнулась? — спрашивает он, будто специально громче, чем нужно.

— Ты с кем? — тут же подхватывает ситуацию Олег. И мне делается неловко.

— Олег, можно, я тебе перезвоню?

— Ты что с ним? — друг тоже повышает голос, и Рома, кажется, слышит его вопрос.

— Я... мы с Ромой едем домой, да. Если ничего важного, то я наберу позже.

— Ты теперь постоянно будешь с ним? Такая у вас дружба, да? — в голосе Олега читается неприкрытое раздражение. Я уже представляю заранее обиду огромного масштаба, что соврала, что сблизилась с кем-то еще. Он всегда был собственником в этом плане. И не любил, когда я общалась с другими ребятами.

Рома тоже раздражается, только у него другое поведение. Если Олег бы отмолчался или потом делал все, чтобы я чувствовала себя виноватой, то Безруков ведет себя иначе. Он просто выхватывает мой телефон, подносит его к своему уху и довольно четко говорит:

— У нас нет дружбы. Я — ее парень. И если тебя, друг детства, что-то не устраивает, то советую записаться к психологу. Свои негодования лучше выливать там, а не портить настроение моей девушке.