— Только то, что ты упомянула. Вмешаться каким-то образом, чтобы это не коснулось Алисы и, желательно, чтобы она не узнала, что вмешались именно мы. У меня есть мысль.

— Хорошо.

— Как ты заметила, я личность приметная, в какой бы одежде ни был. Люди замечают меня и понимают, свой я или чужой, особенно на частном мероприятии. Полагаю, я могу использовать это в своих интересах.

— Проникнуть в толпу и устроить заварушку? — спрашиваю я.

— Да, и хотя этого будет недостаточно, чтобы «свернуть лавочку», как ты выразилась, кажется, та молодая особа вполне готова воспользоваться любым отвлечением внимания.

Я киваю.

— Устройте шум и дайте ей время сбежать.

— Да, а теперь…

Он замолкает, снова выругавшись, и теперь уже я прослеживаю за его взглядом. Только что вошли двое мужчин. Одному около сорока, одет он так же, как тот малый, что спускался за девушками — в приличный, но плохо сидящий костюм. Другой помоложе, он не прикладывал таких усилий к своему наряду: его одежда мало чем отличается от той, что на парнях внизу.

Старший идет впереди, высоко задрав подбородок. Младший испуганно озирается, и когда кто-то смотрит в их сторону, он отворачивается и поднимает воротник пиджака, будто пытаясь скрыть лицо. Это заставляет старшего рассмеяться и начать подтрунивать над ним.

— Вы их знаете? — шепчу я Грею.

— Старший джентльмен — детектив Гарри Броун.

Я могла бы сказать, что это отличный поворот событий. Приехала полиция, чтобы разогнать этот притон, и все будет в порядке. Ага… как же. Полиция в эту эпоху — явление относительно новое, ей около пятидесяти лет, а детективная работа еще моложе, но офицеры уже прекрасно знают: не стоит заявляться в подобные места без хитрости и подкрепления.

Есть причина, по которой молодой констебль Броуна пытался спрятать лицо, и причина, по которой Броун над ним смеялся. Броун «в доле». Его констебль знает об этом и не хочет быть узнанным, а Броуна забавляет сама мысль о том, что это имеет значение. В конце концов, они офицеры полиции, а это зал, полный потенциальных секс-работниц, «папиков» при деньгах и парней, которые, как я подозреваю, либо наняты для танцев, либо сутенерствуют. Никто здесь не побежит в полицейский участок стучать на Броуна.

И точно: человек, который сопровождал двух девушек наверх, теперь спешит навстречу, расплываясь в улыбках и подобострастно кивая, и ведет офицеров к лестнице на балкон.

Я смотрю на Грея, который отступил от перил.

— Я так понимаю, он узнает вас, если вы устроите заварушку, — говорю я.

Грей сжимает губы в суровую линию. Затем он расправляет плечи, отбрасывая сомнения, и я осознаю масштаб проблемы. Броун не просто узнает Грея — он создаст ему проблемы, а значит, создаст проблемы и МакКриди.

Грей — врач, посвятивший себя судебной медицине и расследованию преступлений. Труд всей его жизни — помощь полиции без какого-либо финансового вознаграждения или признания. Понятно, что полиция признает его заслуги и ценит их, верно? Едва ли. Я своими глазами видела, как они с ним обращаются, будто он какой-то упырь, который слишком уж интересуется трупами. Терпят его только из уважения к МакКриди.

Я не скажу, что коллеги единодушно любят МакКриди, он слишком хорош в своем деле для этого, но он популярен, а те, кто его недолюбливает, благоразумно держат это при себе. Однако им вовсе не нужно сдерживать свою неприязнь к Грею.

— Если вы устроите шум, — говорю я, — Броун вас узнает, и поскольку он здесь собирает взятки, он из кожи вон полезет, чтобы перевернуть эту историю с ног на голову. Он скажет, что проводил расследование, а вы его сорвали.

— Да, и он заявит, что я действовал по поручению Хью. У него и раньше были стычки с Хью, и если у него появится шанс профессионально его опозорить, он им воспользуется.

— Тогда мы не станем так рисковать.

— Нет, я смогу найти способ…

Я качаю головой:

— Не надо. Пожалуйста. Мы расскажем об этом Хью позже. У него найдутся способы прикрыть эту лавочку так, чтобы Броун и не догадался о его причастности. А пока у меня есть другая идея. — Я заглядываю вниз, туда, где Алиса все еще прячется за столбом. — И начнется она с того, что я во всем признаюсь Алисе.

Глава 5

Грей предлагает другие варианты, но этот — единственно верный. Принять удар на себя и признаться, что я следила за Алисой. Я не хочу, чтобы Грей или МакКриди отвечали за то, что заварила я, а значит, виноватой должна быть я.

Нашим отношениям с Алисой это не поможет. Я это понимаю. Остается только надеяться, что любая помощь, которую я смогу оказать в этой ситуации, перевесит тот факт, что я выслеживала ее до самого этого места.