Мы едим в уютной тишине. Чего я на самом деле не ожидал. Я ловлю себя на том, что пытаюсь придумать, как бы задержать ее здесь подольше. Я не хочу ее отпускать.

— У меня есть вопрос, и я хочу, чтобы ты ответила на него честно, — говорю я.

— Когда это я была не честна с тобой? — спрашивает она.

Я пожимаю плечами, потому что на самом деле чертовски трудно верить всему, что она говорит. Даже если я этого хочу. В конце концов, она оставила меня умирать.

— В ту ночь, когда мы встретились. Это было запланировано? Ты хотела меня отвлечь?

— Что? Зачем мне тебя отвлекать?

— Мой брат был убит той ночью. По моим сведениям, это сделал кто-то из клана Валентино, поэтому я спрашиваю тебя напрямую. Ты пришла туда, чтобы помешать мне добраться до него?

— Я не шлюха, Михаил. Ты действительно думаешь, что моя семья послала бы меня трахнуть тебя, чтобы совершить убийство? К тому же, это были не мы. Мы не убивали твоего брата.

— Я никогда не говорил, что ты шлюха, Изабелла, — говорю я.

— Нет, но ты намекнул на это, а это одно и то же.

— Нет, не одно и то же. И ты не ответила на вопрос.

— Я пришла туда не для того, чтобы отвлечь тебя, Михаил. Я пришла туда, чтобы всего на одну ночь забыть, кто я такая. Я пришла туда, чтобы повеселиться. И все.

— Хорошо. — Покончив с едой, я встаю и ставлю тарелки в раковину. — Думаю, тебе стоит остаться на ночь, — предлагаю я.

— А я думаю, что ты сошел с ума. — Она смеется.

— Я сошел с ума давным-давно. Но это не меняет того, что я сказал.

— Ты знаешь, что я не могу.

Я не спорю с ней по этому поводу. Это был замечательный день, и я не хочу заканчивать его ссорой. Вместо этого я беру свои ключи и бумажник.

— Тогда я отвезу тебя домой, — говорю я.

— Ты не обязан этого делать.

— Изабелла, я не отпущу тебя одну. Пойдем.

— Хорошо, но иди за мной. Нас не должны видеть вместе.

— Веди. — Я придерживаю дверь квартиры открытой.

— Не пялься на мою задницу, — говорит она, оглядываясь через плечо, когда проходит мимо.

— Она – произведение искусства. Было бы стыдно не оценить ее по достоинству, котенок. — Я закрываю за собой дверь и запираю ее на ключ, а затем спускаюсь вслед за Изабеллой по лестнице, не сводя глаз с ее задницы.

Изабелла держится в тени, и мы десять минут блуждаем по закоулкам, прежде чем добираемся до двери.

— Здесь я тебя оставлю.

Я смеюсь. Мы все еще далеко от ее поместья.

— Конечно, — соглашаюсь я, несмотря на то, что не собираюсь уходить.

Изабелла приподнимается на цыпочки и впервые с тех пор, как я снова нашел ее, целует меня. Это происходит мгновенно, но я ощущаю, как прикосновение ее губ трогает самые глубины моей души. Эта женщина, которую я едва знаю, обвела меня вокруг пальца и даже не осознает этого.

— Спасибо тебе за сегодняшний день, — говорит она.

Я киваю и жду. Изабелла вводит пин-код на клавиатуре и исчезает за дверью. Я успеваю придержать ее, прежде чем дверь закрывается. Я жду минуту, а затем иду за ней. Я слышу стук ее туфель по бетонному полу, но держусь на расстоянии. Она сошла с ума, раз думает, что ходить по туннелям в одиночестве, да и еще на восьмом месяце беременности, вполне нормально. Здесь сыро и воняет, не говоря уже о холоде. Я хочу догнать ее и отдать свою рубашку, что угодно, лишь бы согреть ее.

Я качаю головой. Всю жизнь я избегал отношений, потому что боялся оказаться в зависимом положении. Не хотел быть тем, кто бегает за женщиной, как потерявшийся щенок, в надежде получить ее внимание. И посмотрите на меня сейчас…

Даже зная это, я понимаю, что пойду за Изабеллой куда угодно. Даже если придется пересечь весь мир. Я глубоко погружен в свои мысли, когда ее шаги стихают. Я останавливаюсь и прислушиваюсь. Здесь не совсем темно – на стенах через определенные промежутки горят лампочки, – но я ее не вижу.

— Не советую делать то, что вы задумали, — слышу я ее голос.

Я открываю рот, думая, что она обращается ко мне, когда кто-то другой отвечает:

— Ты пойдешь с нами.

— И как вы планируете меня заставить?

— Используем любую необходимую силу. Посмотри на это, Айзек, маленькая шлюшка Донателло совсем одна. — Хихикает ублюдок, звук отражается от каменных стен и обжигает мне уши.

Я уже направляюсь к ним. Достаю пистолет из-за пояса, но мои шаги замедляются, когда я слышу пощечину и крик. Ее крик. И моя кровь стынет в жилах. Они, блять, ударили мать моего ребенка. Я ускоряюсь, быстро заворачиваю за угол и вижу их.

Двое мужчин склонились над Изабеллой, которая свернулась калачиком на полу. Как только один из ублюдков поднимает ногу, намереваясь ударить ее в живот, я поднимаю руку и нажимаю на курок. Пуля попадает ему прямо между глаз. Я стреляю второму ублюдку в плечо, затем в колено. Он даже не успевает осознать, что произошло. Хотя я бы с удовольствием прикончил и его. Но я этого не делаю. Я хочу знать, какого черта они напали на Изабеллу.

Я хватаю его за шиворот.

— На кого ты работаешь?