Я ухмыляюсь, замечая, как Истон едва заметно дергается из-за слова, которое он терпеть не может, когда речь заходит о его профессии. Элис, почувствовав взгляд Рейфа, тут же идет на попятную:

— То есть… ты был, есть спортсмен мирового уровня, детка…

— Да-да, — перебивает Рейф, качая головой и глядя на Истона. — Серьезно, что вообще должен сделать мужик, чтобы заслужить уважение?

— Когда разберешься, напиши мне, — бросает Истон, явно адресуя и мне тоже.

— Когда ты был на пике формы, — Элис продолжает рыть себе яму, а Рейф внезапно поднимается и сгребает ее в объятия. Его глаза блестят, когда он смотрит на нее сверху вниз.

— Серьезно? Прямо вот так решила меня подставить? — спрашивает он, приподняв бровь. — И как ты собираешься реабилитироваться?

Она хихикает.

— Эм… шоты с тела?

— Сомневаюсь, — фыркает он. — Но посмотрим. — Он разворачивается, удерживая Элис на руках. — Приятно было познакомиться. Пойду утоплю немного уважения в своей жене, попутно пытаясь вернуть остатки мужественности.

— Приятно было познакомиться, — добавляет Элис.

Мы машем им вслед, не в силах скрыть улыбки, когда Рейф прыгает с ней в бассейн. Истон поворачивается ко мне. Его улыбка быстро гаснет, когда он откровенно разглядывает меня в бикини, а затем его взгляд сужается еще сильнее, цепляясь за цепочку.

— Какого хрена на тебе это бикини?

Я тут же отвечаю:

— Чтобы тебя взбесить. Я была не в духе.

— Поздравляю. Получилось. Ты невыносима.

— Если тебе станет легче, я ни разу не перевернулась с тех пор, как лежу здесь, так что, думаю, мой загар на эту неделю к черту испорчен.

— Не помогает. — Его взгляд снова падает на цепочку, еще одно напоминание о той ночи, навсегда отпечатавшейся в наших сердцах и головах.

— Конечно, я взяла ее. Я хочу пережить каждое воспоминание, связанное с этой двадцатидолларовой безделушкой. Только, похоже, мы снова загнали себя в дежавю. Скажи, за тобой сейчас выйдет какая-нибудь ослепительная поп-звезда и сообщит мне, что все эти годы были сном, и я так и не получила этого парня?

Он тяжело вздыхает, и я буквально впитываю его взглядом — обнаженную грудь, рубашку в руке. Его кожа так легко загорает на солнце, что тело будто темнеет с каждой секундой. Желание вспыхивает во мне, когда я медленно, откровенно оглядываю его с головы до ног.

— Так ты правда вышел сюда, чтобы включить пещерного мужика и надрать зад Рейфу Хембри? — хихикаю я.

Тень улыбки скользит по его губам, но злость всё же берет верх.

— Ну же, Истон. Я стараюсь. Не хочу ссориться.

— Еще как хочешь. Надень накидку. Если ты хочешь поговорить, пойдем наверх.

— А может, я не хочу говорить, — отвечаю я, снова тянусь к пустому стакану.

— Натали, — цедит он.

— Ладно. — Я накидываю на себя накидку, застегиваю босоножки и беру сумку. Как только встаю, меня слегка ведет, и Истон тут же поддерживает меня, удерживая на танкетках.

— Уф… кажется, последний глоток был лишним, — хихикаю я.

Истон ведет меня внутрь, весь на взводе, злой и напряженный. Совсем не тот муж, который встретил меня вчера. Проходя мимо того самого печально известного бара, я замечаю знакомое лицо.

— О боже, Истон, это же ДЖЕРРИ!

Бармен оборачивается, его лицо сначала искажается в гримасе, а потом его озаряет узнавание, и он улыбается нам.

— Эй! Не думал, что снова увижу вас двоих здесь.

— Как дела, чувак? — отвечает Истон, ухмыляясь, и подводит меня к стойке, прежде чем повернуться ко мне. — Сколько ты выпила?

— Два. Спокойнее, алкогольная полиция.

Истон чуть склоняет голову.

— В память о старых временах. Два на дорожку.

Тот сразу же наливает два шота, перебрасываясь с Истоном парой фраз, и Истон опрокидывает свой. Я сжимаю второй, но Истон перехватывает мою руку, подносит рюмку к своим губам и наклоняет ее, заставляя меня буквально напоить его текилой.

— Невыносимая, — бурчит он в напоминание, прежде чем положить купюру на стойку и притянуть меня плотнее к себе.

Едва моя возможность выпить оказывается украдена, он решительно ведет нас к лифту.

— Увидимся, Джерод, — бросает Истон, и тот в ответ тепло машет нам рукой.

— Ты ведешь себя как полный засранец, знаешь? — фыркаю я, когда он заталкивает меня в лифт. — И я знаю, что его зовут Джерод. Это наша шутка. Ты правда собираешься вести себя вот так прямо сейчас?

— Мы еще даже не начинали, красавица.

— Тогда зачем вообще было за мной приходить, если ты собираешься это растягивать?

В одно мгновение он прижимает меня к задней стенке лифта, ярость пылает в его глазах. Я не могу не почувствовать резкий всплеск адреналина при этом виде. Он чертовски сексуален, когда собственнический и злой.

— Хочешь, чтобы я был откровенен во всем, красавица? — шипит он. — Ну так сейчас ты получишь охуенно большую дозу правды.

— Меня устраивает, — огрызаюсь я в ответ.

— Посмотрим, — говорит он, не отпуская меня и нависая сверху.

— Эй, если у тебя есть претензии, музыкант, — вперед, выкладывай.

Он усмехается.