Я предложил эту встречу не только ради того, чтобы показать владыке драконов, что я уважаю законы Эридона и не боюсь признать ошибку. Они тоже не безгрешны. В войне между нашими народами обе стороны дрались не на жизнь, а на смерть. И Совет Драконов прибыл отнюдь не с мирными намерениями. Так что пусть свита Таргадаэна пока поплюется ядом в зале. Астарта им спуску не даст, а моя леди Лашарель на любой яд всегда найдёт противоядие – в этом я уверен. А нам необходимо обсудить вопросы, которые находятся в ведении только правителей.

Мы вчетвером вошли в кабинет переговоров, предназначенный как раз для таких случаев. Кресла и небольшие диваны были расставлены вокруг невысокого кофейного столика так, чтобы можно было почувствовать себя более свободно, но соблюсти иерархию. Когда-то здесь мы с Таргом вместе решали вопросы и принимали послов… А сегодня встречаемся как враги.

Но события обязывают меня приложить все усилия, чтобы переговоры увенчались нужным результатом.

Несколько дней я обдумывал информацию, полученную от своих детей, чтобы найти новые решения для Долины. Помимо возвращения Ареса, история снятия печати с Астарты тоже связана с драконами. Эльфийский архонт вместе с Ардаэном убедили Таргадаэна снять печать, чтобы спасти мою дочь.

М-да, ситуация складывается явно не в пользу правоты воинствующих отцов-правителей…

Я предложил владыке драконов хорошо знакомые ему два кресла рядом, но он сделал вид, что не заметил моего жеста.

Разумеется, стоя подавлять собеседника гораздо удобнее…

Но я знаю искусство переговоров не хуже тебя, друг. Хоть и бывший. Поэтому я опустился в одно из двух стоящих рядом кресел и указал наследникам на диванчики по обеим сторонам столика. Они послушно присели, повинуясь правилу подчинения старшему на территории. Теперь ситуация чётко обозначила главного. Встретившись с моим взглядом, владыка всё понял и красиво исправил оплошность, отзеркалив в кресле мою позу и захватывая инициативу в разговоре. Я не мешал, понимая, что ему сейчас тоже непросто.

– Тысячи наших подданных погибли, Аббадон, из-за ложного обвинения в убийстве наследника демонов, – громко произнёс Таргадаэн. – Тысячи! И теперь я вижу твоего сына живым и невредимым. Я требую немедленных объяснений.

Всё же знакомая обстановка сделала своё дело: владыка невольно переключился на более живое общение, и это даёт нам шанс.

– Ты имеешь право узнать правду так же, как узнал её я, – глядя ему в глаза, я дал понять дракону, что извиняться за прошлое не намерен. – Предлагаю тебе выслушать её именно от того, кто вернулся.

Повинуясь моему жесту, Арес встал и шагнул вперёд.

– Буду краток, чтобы сберечь ваше время, – начал он. – В тот день в Драэль-Море в белом мареве на меня напали четверо неизвестных. Я вступил в бой и использовал магию, но они применили заклинание, мгновенно погрузившее меня в состояние, похожее на смерть. Так им удалось снять медальон рода и подбросить его как доказательство моей гибели. Меня же в стазисе держали в катакомбах пятнадцать лет. Пока не освободили.

Я наблюдал за владыкой. Таргадаэн слушал внимательно, но в его глазах отражалось откровенное недоверие. Арес тоже это увидел и перешёл ко второй части своего монолога:

– Владыка, я не рассчитываю на то, что вы сразу же мне поверите. Но у меня есть свидетель, которому вы, как я полагаю, доверяете.

В каменном выражении лица Таргадаэна мелькнула тень удивления, но голос прозвучал бесстрастно:

– И кому же, по-вашему, я поверю?

С бокового диванчика поднялся Ардаэн, глядя на отца.

– Мне, – твёрдо заявил он.

Дракон глянул на сына и нахмурился.

– Ардаэн, если ты из-за вашей…

– Это я нашёл Ареса в катакомбах, – перебил отца наследник драконов. – Вместе с эльфийским архонтом мы вывели его из стазиса. Там нам пришлось сражаться с братством безликих – они удерживали его и были готовы убить нас, лишь бы не отпустить. Ловушку в Драэль-Море тоже устроили они, и я уверен: именно безликие стравили наши народы друг с другом.

Если при первых словах сына Таргадаэн не смог скрыть изумления, то к концу его речи явно был раздражён.

– Ардаэн, я много раз говорил тебе, что братство сгинуло в огне Мятежной войны, доказательств их существования нет.

Но принц даже не подумал уступить отцу, в его глазах зажёгся опасный огонёк протеста.

– Значит, в зачарованных катакомбах мы втроём бились с несуществующими, которые смогли много лет удерживать Ареса на грани жизни и смерти? – задал он прямой вопрос и, не ожидая ответа, продолжил: – Отец, пора признать, что братство безликих не просто существует, а действует. А мы обвиняем друг друга.

– А ты уверен, что в катакомбах были не демоны? – неожиданно агрессивно спросил владыка.

От смысла вопроса повеяло немыслимым обвинением.

– На что ты намекаешь, Таргадаэн? – я даже не старался скрыть грозное предупреждение в голосе.

Но владыка, похоже, потерял способность мыслить здраво. Иначе его дальнейшие слова никак не объяснить.

– Я лишь говорю, что не стоит отвергать возможность, что это твои собственные враги. Это мог быть заговор внутри Долины.