Тьма слетела с ладони Зарена послушным дымом, окутала письмо плотным коконом. В чёрном мареве мелькнул короткий огненный язычок, как уголь под золой. Телохранитель чуть поморщился, на что я злорадно улыбнулась. Мой милый брат, конечно, знал, что будут проверять, и оставил мрачному маленькую щепотку перца. Тьма вернулась в руки демона, недовольно шикнув.

– Чисто, – коротко кивнул Зарен и растворился в тенях.

– Благодарю, – ответила в пустоту и потянулась к конверту.

Воск легко поддался. Бумага зашуршала под пальцами, пахнуло жасмином. Внутри лежало письмо, которое я нетерпеливо развернула. На шероховатой поверхности листа было выведено красивым почерком: «Дорогая сестрёнка, уверен, что ты встала до рассвета. Ты никогда не умела спать долго, если предстояло важное событие или новость. Признаться, я удивлён, что ты вообще заснула».

– Очень смешно, – я щёлкнула языком.

«Я у отца, решаю вопрос по Андрасу. Помню, что обещал до рассвета рассказать тебе о пятой участнице, поэтому жди меня в зимнем саду, я прибуду туда до восхода солнца над Лаэрисом».

Кивнув строчкам, будто самому Аресу, сложила письмо, убрала во внутренний карман. Материализовавшийся Кхарн приподнял уши, глянув на меня снизу вверх.

– Ну что, Кхарнашик, идём в зимний сад, – я коснулась тёплого бока амарока, чуть почесав его. – И без шалостей по пути.

Кхарн с самыми серьёзными глазами кивнул мордой и тут же сорвался в лёгкий галоп, растворяясь в пространстве. Я пошла следом, сетуя на то, что Ламия его всё же разбаловала, пока меня не было.

Амарок добежал до больших стеклянных дверей первым и как воспитанный страж уселся у порога, терпеливо ожидая. Я толкнула створку – та мягко открылась, приглашая внутрь.

Под высокой стеклянной кровлей мерцали магические огни: то всплывая, то медленно оседая, они отбрасывали на плиты дорожек движущиеся бледные пятна света. По центру пел двухъярусный фонтан: в каменной чаше струи тонко звенели, а дальше вода скатывалась с мягким шелестом, будто перешёптывались невидимые собеседники.

Аллеи зимнего сада всегда восхищали меня разнообразием флоры: тёмный лавр и камелии, гранат с блестящими листьями; выше – пальмы, кивающие широкими перистыми опахалами в ответ на каждый мой шаг.

Между традиционными кустами Ламия высадила своих «балованных» любимцев: луноли́ст – деревце с молочными прожилками по листу, которые после заката светятся изнутри; синере́чник – трава с тонкими колосьями, издающая тихий серебристый звон, когда её задевает ветер; вьюн алых жил, что тянулся по чугунным балюстрадам и в тёмных местах становился почти прозрачным. У подножий ваз, на влажных камнях, дремал шепчущий мох. Стоит ступить рядом, как он отвечает негромким «ш-ш-ш», словно просит идти тише.

Мы шли к центру зимнего сада. Внезапно шедший впереди Кхарн остановился: шерсть на загривке поднялась, он проявился полностью, опустил голову и низко зарычал, готовясь к прыжку.

– К’тар, – негромко приказала я ему.

Амарок сразу же прекратил рычать, но двинулся вперёд в готовности к атаке: ловил ушами каждый шорох, лапы ставил осторожно. Через несколько шагов я увидела причину.

На каменной лавке меж двух высоких стеклянных колонн, оплетённых вечноцветущим жасмином, сидела Хелена Трэсс. Книга раскрыта на коленях, указательный палец держит страницу за край, чтобы не потерять. Спина прямая, подбородок чуть приподнят, взгляд открытый.

Конечно, мы были знакомы с Хел. Знала я и то, как Арес к ней относится.

У нас с братом секретов друг от друга нет.

А ещё я хорошо помнила, что с ней стало после новости о «гибели» наследника: она словно перестала жить. Говорила, выполняла поручения повелителя, тренировалась, даже улыбалась, но в её глазах не было ничего, кроме пустоты, в которую страшно было смотреть.

Сейчас же в них возродилась та Хелена, с которой мы когда-то спорили, кто быстрее соберёт лук и точнее попадёт мишень.

И да, мне не нравилось, что она всегда выигрывала у меня в стрельбе. Пару раз мы даже повздорили из-за этого.

Мелькнула мысль, что мы обе будто заново родились, когда Арес вернулся. Но появилось то, чего раньше не было: страх повторения прошлого. Совсем недавно я была уверена, что потерять близкого – это самое страшное. Ошибалась. Настоящий ужас приходит тогда, когда боишься снова испытать эту боль потери…

Я встряхнула головой, отбрасывая наваждение, и услышала её голос:

– Леди Ш’эрен.

– Леди Трэсс, – в тон ей ответила я, подходя ближе.

Кхарн встал рядом, двигая кончиками ушей. Я опустила ладонь на его голову.

Интересно, что здесь делает Хел? Насколько мне известно, в отношениях этой парочки подвижек не было, но я сильно сомневаюсь, что «мисс ледяная статуя» оказалась в это время здесь случайно.

Разве что…

– Только не говори, что Арс позвал тебя в отряд!

Хелена кивнула и захлопнула книгу. Кхарн развернулся к нам спиной и вытянулся в струну, но мне было не до него. Решила узнать наверняка:

– И ты согласилась?

– Согласилась, – отозвался голос брата за спиной.

Арес Ш’эрен