— Вы часто это говорили. Но это не значит, что она приказала нас там запереть!

— Почему нет?

— Потому что… — Патрик закатил глаза. — Она просто так не поступает.

— Это действительно можно назвать предвзятостью.

— Называйте это как хотите. Но она тут ни при чём!

— Что ж, будем надеяться, что вы правы.

— Я уверен. И я уверен ещё кое в чём... Мы должны как можно скорее отправиться за стариком Гарднером и выжать из него всё, что он знает об этих людях!

— Я обеспокоен, джентльмены! — Оливер Гарднер сидел в тени одной из пальм и с тревогой смотрел на гостей. — У вас могли бы быть серьёзные проблемы, если бы кто-нибудь застукал вас в подвалах.

— Мы и так были в большой беде, мистер Гарднер! — Патрик закурил сигарету, затянулся и выпустил облачко дыма в сторону. — Не говоря уже о том, что Питера чуть не раздавило, мы могли бы проторчать в этом подвале ещё несколько недель... А то и дольше... Кто знает, когда бы кто-нибудь снова туда спустился?

— Вы абсолютно правы. Это ужасающая перспектива! Вы уверены, что надпись на двери была той же, что и на коробке со змеей, которую вам оставили на Родосе?

— Абсолютно, — подтвердил Питер.

— Возможно, кто-то выдает себя за группу с таким названием, — задался вопросом Гарднер.

— Тогда всё это было бы ещё более странно, — сказал Патрик. — Предлагаю вам вспомнить, всё ли мы знаем о последователях Тота!

— Как я уже говорил вам, месье, последователи Тот Вехем Анкха раньше не привлекали к себе особого внимания. Они фундаменталисты, но в то же время интеллектуалы и бизнесмены. Я никогда не слышал, чтобы они угрожали отдельным лицам. Зачем им это?

— Возможно, из-за страха, что эти люди навредят их делу, — сказал Питер.

— Как? — спросил Гарднер.

— Если люди из этой группы попытаются поддержать или возродить традиционные египетские ценности, они будут бороться со всем, что считают угрозой этой культуре. Вы недавно упомянули, что они выступают против мусульманского подхода к социальному положению женщин. Они также выступают против современного западного влияния и эксплуатации египетских культурных ценностей. Легко понять, что они не заинтересованы в том, чтобы кто-то анализировал истоки их культуры.

— Что вы имеете в виду, профессор?

— Что ж, если мы узнаем, какая древняя культура породила египетскую культуру, кто был наставником египтян и кому египтяне стремились подражать, мы выбьем почву из-под ног последователей Тота. Внезапно окажется, что на этой земле нет независимой, творческой и великолепной цивилизации, а есть, в лучшем случае, народ учеников и подражателей. По крайней мере, так им может казаться.

— Такие идеи не новы, — сказал Патрик, прищурившись. — Ведь если они чинят нам препятствия именно по этим причинам, это может означать лишь одно: последователи Тота считают нас угрозой. Они знают, что мы на правильном пути!

— Именно так, — сказал Питер. — Именно так я это и воспринял.

— Мне просто интересно, как они следят за тем, что мы делаем. Они знают, что мы здесь живём, они знают наши спальни, они следили за нами до Родоса, они знали, что мы тайно проникнем в музейные архивы. А решение спуститься в архив мы приняли спонтанно только сегодня утром. Уже по одной этой причине Мелиссу нельзя считать стукачкой, потому что мы познакомились с ней только после того, как к нашей двери прибили мёртвых жуков.

— Вы забываете, — вмешался Питер, — что мы знаем друг друга гораздо дольше. В конце концов, мы впервые встретились с ней в Гамбурге.

— И всё же! Она тоже не знала о нашей поездке на Родос.

— Думаю, мне нечего объяснять...

— Конечно, господин профессор.

— Ну, пусть будет так... Конечно, можно предположить, что за нами по-прежнему ведется наблюдение, но вопрос в том, насколько далеко они зайдут, чтобы помешать нашим планам.

— Знаем ли мы, кто эти люди? Кто стоит за Тот Вехем Анкх?

— Мы не знаем, — сказал Гарднер. — Но возможно, что для выяснения этого было приложено недостаточно усилий. В конце концов, до сих пор эта группировка не представляла особой угрозы. Я прослежу, чтобы этот вопрос был немедленно расследован.

— О да, думаю, пора! — сказал Патрик. — Кто знает, на что они способны. А мне бы хотелось знать, с кем имею дело.

— Кроме того, вы должны оказать нам еще одну услугу, мистер Гарднер, — сказал Питер.

— Конечно, — ответил старик. — Я сделаю всё возможное, чтобы поддержать этот проект. Помните, я так же заинтересован в разгадке этой тайны, как и вы, господа!

— Хорошо. Мы хотели бы встретиться с главой Верховного совета по древностям.

— С доктором Хишамом Абдель Азизом?

— Именно. И если возможно, то хотя бы на минуту дольше, чем на пороге его кабинета.