— Как и любой, кто изучает мистические традиции и ищет истоки Всевидящего Ока, да и истоки наших культур. В последние годы я прочитал всё, что смог найти по этой теме, посетил библиотеки Парижа, Праги и Лиссабона, крупнейшие музеи и национальные галереи, беседовал с эзотериками в Вене и Будапеште, со священнослужителями в Риме и Нью-Йорке. Не раз, а то и дважды, я следовал единственно верному пути... Кто-то всегда меня опережал, требуя тот же фолиант и рукописи, задавая те же вопросы. В конце концов, все нити сошлись в Древнем Египте... и в современном Каире... они сошлись на вас. — Вольфганг Морген наклонился вперёд. — Мне очень любопытно, насколько далеко вы продвинулись. Какие связи вам удалось обнаружить? Неужели ответ кроется в Телль-эль-Амарне?

Сэр Гарднер на мгновение замолчал. Прежде чем ответить, он затянулся из кальяна.

— Вы меня удивляете, мистер Морген.

— А вы не думаете, что я тоже мог бы проводить такого рода научные исследования?

— Дело не в этом. Я удивлён, что у вас хватает смелости говорить об этом так прямо... Полагаю, вы не могли не заметить, что есть люди, которые предпочитают не обсуждать эти темы.

— Вы хорошо выразились. Потому что на самом деле это бизнес... фанатичный, даже преступный. — Он наклонился ещё ближе. — Но мы с вами на одной стороне. Я могу доверять вам, а вы можете доверять мне. Покажите мне, что вы уже нашли. Ни у кого больше нет такой впечатляющей коллекции арий, таких неисчерпаемых знаний.

— Вы мне льстите.

— Я совершенно серьёзно. Тропа привела вас сюда, и вы так долго оставались в Египте... Кто ещё у нас здесь есть? Археологи, реставраторы, охотники за сокровищами, учёные. Но... кто из них способен найти связи между находками и реальной историей? Мы оба знаем, что вся эта работа — лишь блуждание во тьме трёх тысячелетий. Именно вы нашли нить Ариадны и благодаря ей смогли вернуться в самое сердце лабиринта.

— Какое удачное сравнение, — сказал сэр Гарднер. Он нерешительно кивнул. — Тогда давайте дождёмся, пока гости разойдутся по домам. Тогда, возможно, я смогу показать вам несколько образцов из моей коллекции.

Несколько часов спустя Вольфганг Морген стоял на террасе, простиравшейся до края бассейна, глядя на сад. Масляные лампы вдоль террасы были потушены, стулья убраны. Гости собирались всё более мелкими группами, закалённые в алкогольных перепалках. Пустые разговоры сначала сменились немного пикантными историями, простыми шутками и взрывами смеха, затем — приглушёнными признаниями и с трудом формулируемыми признаниями в дружбе, и, наконец, — тишиной опустевшего сада. Пришёл Гарднер.

— Господин Морген, вы всё ещё здесь?

Немец резко обернулся. Гарднер одарил его демонстративно искренней улыбкой, и лишь едва заметное, но заметное отклонение от вертикали позволяло предположить, что он, должно быть, присоединился не к одной весёлой компании.

— Простите, но я хотел насладиться этим прекрасным вечером и вашим приглашением до самого конца. Вообще-то, мне пора идти...

— Так вы хорошо провели время? Я не видел, чтобы вы много пили... Вы же наверняка знаете, что в Африке нужно очень внимательно следить за пополнением запасов жидкости...

— Да, конечно. Но я ограничился водой.

— А, понятно, — Гарднер слегка асимметрично улыбнулся. — У вас действительно профессиональные амбиции. Могу я предложить вам последний напиток? На дорожку? И я подумал, вы действительно захотите посмотреть мою коллекцию.

— Уже поздно, и я не хочу отнимать у вас время... — в ответ Гарднер махнул рукой, и поскольку он сделал это слишком энергично, его жест был похож на взмах весла.

— Но без ложной скромности, мистер Морген. Когда ещё мы снова соберемся такими молодыми? Заходите, у нас полно ещё времени...

Англичанин указал в сторону гостиной.

— Вы уверены? — Морген совершенно не хотел развивать эту тему.

— Я настаиваю.

— Ну ладно… — в ответ Гарднер указал на бар.

— Чего бы вы хотели? Глоток Glenfiddich?

— Хорошо, но я не буду пить один.

Англичанин взял два стакана и начал разливать. — Конечно. Это было бы невежливо. К сожалению, льда больше предложить не могу.

— О, это было бы профанацией.

— Вы правы! Вот, — он протянул стакан немцу. — За Египет и короля Георга. Ура!

— Ваше здоровье.

— Знаете что? — сказал англичанин. — Замечательно, что наконец-то встретились два человека со схожими интересами. То есть, вы и я. Ведь когда такой человек, как я, так долго искал, приятно поделиться знаниями с тем, кто способен их оценить.

— У вас нет соавторов?

Гарднер снова взмахнул рукой. Содержимое стакана опасно закачалось.