Лорд Торнтон производил внушительное впечатление. Этот широкоплечий джентльмен, ростом почти два метра, был одет в стильный светлый костюм, соответствующий местному климату. Сам костюм не представлял собой ничего выдающегося, но его владелец выглядел в нём словно светящаяся фигура, и это впечатление лишь усиливали его пышная седая борода и длинные волосы, выбивающиеся из-под шляпы.

— Лорд Торнтон, я хотел бы представить вам Вольфганга Моргена, немецкого научного атташе.

Морген внимательно посмотрел на эту необычную фигуру. Возраст его определить было трудно, пожалуй, около семидесяти, а взгляд был настолько пронзительным и серьёзным, что по телу немца невольно пробежала дрожь. Он протянул руку в знак приветствия и в этот момент заметил на пальце англичанина массивный перстень из красного золота с концентрическими кругами.

— Лорд Торнтон живёт в Египте с незапамятных времён. Он — ходячая легенда. Если вы хотите узнать что-нибудь об этой стране и её жителях, вы попали по адресу.

— Мне очень приятно познакомиться с вами, лорд Торнтон.

— И мне очень приятно, господин Морген. Я слышал о вас. И о вашей впечатляющей карьере. Ваш соотечественник, Людвиг Борхардт, высоко отзывался о вас.

— Я этого не знал. Конечно, это это большая честь для меня.

— Что привело такого молодого человека, как вы, в Египет?

— Исторические исследования и египтология.

— Мы все это знаем. Но какова ваша цель? Вы хотите пойти по стопам Картера или, может быть, самого Шампольона?

— Ни то, ни другое. Мой отец говорил: «Тот, кто идёт по чужому пути, никогда не сможет их обогнать».

На лице лорда Торнрона мелькнула легкая улыбка.

— Отличная цитата. Думаете, можно найти ещё непройденные тропы?

— Допустим, я хотел бы оставить свой след.

— Что ж, пришло время и мне внести свой вклад в обмен мудростью: гордость может быть добродетелью, но только если она приносит честь.

Он на мгновение замолчал, но немец удержался от искушения возразить.

— У вас, несомненно, амбициозные цели, — продолжил лорд Торнтон, — и ваши достижения признаны, иначе мы бы не вели этот разговор. Скажи мне, Икар... ты видишь себя в роли охотника за сокровищами или учёного?

Вольфганг Морген хотел тоже ответить саркастическим замечанием, но лишь отступил на полшага.

— Я ищу знания. И это — величайшее сокровище. — Пронзительный взгляд упал на немца.

— Господин Морген, вы даже не представляете, насколько точен ваш комментарий.

— Вы превосходный хозяин, — сказал Вольфганг Морген, когда позже снова увидел господина Гарднера в сопровождении двух слуг в туниках и фесках. Один нес большую кальянную трубку, украшенную листовым золотом, а другой — небольшой сосуд, наполненный углями. Господин Гарднер сел рядом с немцем, пока двое египтян раскуривали трубки. Они раскурили табак, вынули мундштук из трубки, вставили новый, передали его Гарднеру и ушли.

Англичанин передал мундштук гостю, тот глубоко затянулся. Через мгновение он выдохнул облако фруктового дыма.

— Большое спасибо, — сказал он, возвращая мундштук.

— Надеюсь, вы приятно провели вечер? — спросил сэр Гарднер.

— Фантастика. Не только сам приём, но и ваши гости были необыкновенными.

Гарднер кивнул.

— Расскажите немного о своей работе. Вы написали трактат о розенкрейцерах, который широко обсуждается.

— Да, это правда.

Вы упомянули масонов, католическую церковь, иллюминатов и различные тайные организации, а затем предположили существование некоего всемирного еврейского заговора. По крайней мере, так кажется.

Немец поднял руку в защитном жесте.

— Я не представлял это как доказанный факт. Я лишь хотел показать, что можно делать такие выводы.

— Правда? И вас не беспокоит, как это интерпретируют определённые круги в вашей стране?

— Нет, почему бы и нет? Правду нужно говорить вслух, даже если она болезненна. Удастся ли когда-нибудь до неё дойти, если интеллектуальные рассуждения будут запрещены с самого начала?

— Но не все могут принять такие предположения. В конце концов, есть люди, которые верят всему, что где-то написано, просто потому, что так написано.

— Я стараюсь не учитывать мнение таких людей при публикации научной статьи.

Сэр Гарднер махнул рукой.

— Я просто говорю, что тот, кто ищет истину, несёт огромную ответственность. Особенно когда истина не может быть документирована или не является окончательной.

— Конечно, я понимаю, что вы имеете в виду, — быстро вмешался Морген, не желая развивать эту тему. Истинная причина его присутствия была совершенно иной. — И именно поэтому я продолжу поиски. Истоки... корни нашей культуры... и наше происхождение.

— И это привело вас в Египет?

— Не только это... сэр Гарднер... Именно это привело меня к вам.

— Что имеете ввиду?

— Мало тех, кто ищет Всевидящее Око.

Англичанин застыл от изумления.

— Что вы о нем знаете?