Бывают такие кошки-невезушки. Нет у таких ни яркого, привлекательного окраса, ни густой и пушистой шерсти, ни интересного или забавного узора из пятнышек. Ну, ничего, положительно ничего такого! Просто кошка–коровка. Белая коротенькая жестковатая шёрстка, а по ней пятна невнятного буроватого цвета. Глаза только хороши. Они у кошек всегда красивы. Только… Только кто же всматривается, если вокруг много ярких, красивых, элегантных и необычных, породистых или хотя бы похожих на породистых кошек. И, кстати, у всех глаза очень хороши!

Куда там сравняться с такими маленькой зашуганной и никому не нужной коровке?

Одна надежда, что попадутся на дороге люди-чудаки, которые пожалеют, а может, и увидят, что в этих глазах – весь мир. Всё, что только можно, и всё это будет вашим. И любовь, и забота, и мурчальные песенки по разным случаям, и веселье, и радость от того, что вы пришли, и великое ожидание, когда вас ещё нет.

Только вот… Мало шансов у неяркой кошки-коровки встретить таких людей. Она уже отчаялась. Сначала-то была на кошачьих облаках от радости, что её подобрали прошлой осенью на дачах, где она убегала от собаки и заблудилась, не смогла вернуться к маме. Долго бегала, звала её, но так и не нашла. Тогда она была совсем малышкой, и силы закончились быстро и внезапно. Она только и смогла зайти на чьё-то крыльцо. Оказалось, что в том доме жила маленькая девочка, которая очень хотела котёнка. Ну то есть сначала она хотела единорожка, потом дракончика, а потом согласилась на котёнка. А тут как раз и котёнок появился! Через час воя и плача мать девочки уступила дочке, и Мурка стала домашней кошечкой.

Она очень старалась! Ей казалось, что если она будет делать всё безукоризненно, то её полюбят. Мурка сразу освоила лоток, не цапала обои, занавески, ковры и мебель. Даже свою маленькую хозяйку ни разу не оцарапала и не укусила, хотя это как раз было самым сложным! Девочке никто не рассказал, как можно, а как нельзя играть с кошечкой, и очень скоро та поняла, что единственное её спасение – бегство.

Она могла позволить себе только сбежать и спрятаться, когда девочка начинала стричь ей усы, красить фломастерами нос или уши, таскать за лапы или хвост, выдёргивать шерсть.

Только её всё равно не любили. Ничего не помогает, если не хотят любить…

Она в последнее время часто слышала от взрослой хозяйки, что её надо будет на дачу отвезти и пусть живёт, как знает!

– И так почти год кормим. А всё какая-то шуганная, некрасивая, неинтересная!

Мурка не знала, как стать другой. Нет, она пробовала прийти и погладиться, спеть песенку, покрутиться у ног, но это вызывало только раздражение. Её отталкивали, отодвигали от себя, могли прикрикнуть:

– Ну что ты всё время в ногах путаешься? Чего надо? Еда вон стоит!

– Да разве же дело только в еде? – могла бы спросить Мурка, но она по-людски говорить не могла, а самый понятный и несложный кошачий язык её хозяева изучать не собирались – им просто была не нужна эта кошка. Никак, низачем, никогда!

Разве после такого можно поверить, что есть кто-то, кому она хоть капельку будет нужна? А? Но так хотелось пить… Очень! Даже лапки подкашивались. И Мурка решилась. Она боязливо переступила металлический прут, приваренный снизу к решётке, и шагнула к Алёне.

– Бедная ты моя! Да ты как пёрышко! Ничего не весишь.

– Ой, плохо как! Выкинут! Точно выкинут! – Мурка даже глаза прикрыла от отчаяния, так не хотелось смотреть в лицо рассерженному человеку, который говорил так ласково, а она сразу же всё испортила – разочаровала!

– Ну и ничего страшного. Что ты сжимаешься сразу? Поешь, попьёшь, придёшь в себя! – уговаривала Алёна скукоженный невесомый комочек в руках. – Рыжик, теперь молчи! Не ровен час кто услышит!

Только тогда и сообразила Мурка, что забавный рыжий увалень, висящий как воротник на шее у хозяйки, какой-то не такой кот! Правда, даже это её не отвлекло от грустных мыслей о том, что она сразу же разочаровала человека и её непременно выкинут!

Даже оказавшись в квартире, Мурка ещё додумывала свои тоскливые рассуждения и вдруг увидела…

– Ой, я пропаааалаааа! – беззвучно мявкнула кошка и закрыла глаза.

– Чего это она? – удивился Урс.

– Боитсссяя! – авторитетно объяснил Рыжик. – Ты её пугаииишь, и она сразу пугаисяяя!

Урс озадаченно покосился на дрожащий комок шерсти.

– Собак боится? – уточнил он.

– Ты усех собак боиссся? – Рыжик подобрался поближе к кошке и боднул её головой. – Усех-усех?

– Дддда, – почти беззвучно выдохнула кошка.

Рыжик сел рядом и сочувственно вздохнул.

– Я тоже боюся! У нас такая есть Тенька! Гироооосзнаяяяя! Каааак ряяяявкинееет! Ууух, какая. Особенно, есили на неё сесть силучайно! Прям так орёёёёть!

– Да ты… Да ты… Ты смотри, куда ты охвостье своё плюхаешь! Чуть не раздавил! – Тенька, вышедшая познакомиться с новой кошкой, разразилась оскорблённым тявканьем.

Кошка озадаченно приоткрыла глаза.

– Ой! А это кто?

Она никогда в жизни не видела собак с себя размером.

– А ето и есть Тенька! – представил сердитую рычащую собачонку Рыжик. – Оччченно сердится, когда её того… Нуууу, её настюпаишь!