Влетаю в подъезд нашей хрущевки, чтобы первым рассказать ей все-все новости – как я выиграл заплыв, как мы ходили в поход, как мне доверили вести творческий вечер с настоящим микрофоном, как вожатый сказал, что я молодец.

Я бегу пролёт за пролётом, представляя ее лицо, ее улыбку, ее гордость за меня.

Вбегаю в квартиру, бросаю в прихожей сумку, на ходу снимаю сандалии - и прямиком на кухню, а там чужие люди.

Ну, как – чужие.

Я о них почти всю жизнь знаю, но это не родственники, не соседи, не друзья. Семилетняя девочка по имени Вера и её собственный шофер.

А моя мама – её няня.

Ухаживает за ней, пока её богатые родители разъезжают по миру. Мама большую часть времени проводит с подопечной, а мне перепадают крохи её внимания и сувениры из разных стран, которые для меня привозят мамины работодатели.

Конечно, мне не хватает внимания мамы, но я понимаю, что это для нашего блага. Для моего будущего, как мама говорит. Она копит, чтобы я смог получить образование, выбиться в люди.

Она у меня и за маму, и за папу, которого я никогда не знал.

Вера сидит на табуретке. Руки на узком, приставленном к стене, столе – согнуты в локтях. Уложила на них голову и смотрит, не моргая, на старые посеревшие обои.

Щурюсь, изо всех сил подавляя растущее возмущение: ну и что, что они серые и местами отвалившиеся от стен, подумаешь! Не в этом счастье!

А потом замечаю, как по её бледным щекам катятся дорожки слез. И раздражение тут же исчезает. И на его место приходит очевидный вопрос:

- Что случилось?

До сих пор наши миры не пересекались.

Я не бывал в их роскошном доме в пригороде. Она, конечно же, никогда не появлялась в нашей усталой однушке на пересечении Бассейной и Московского.

- Мить, ты в комнату иди, – шепчет мама. – Иди, сынок, иди. Не задавай вопросов. Потом...

Потом, так потом.

С трудом отрываю взгляд от мелкой, плетусь в комнату и тут же заваливаюсь на раскладной диван-тахту, на которой мы с мамой спим – я у стены, она – с краю.

Утыкаюсь носом в щель между обивкой и стеной, поджимаю колени к животу и втягиваю полной грудью сухой, пыльный воздух.

И просыпаюсь в той же позе.

В холодном поту.

Пыль хрущевки всё ещё стоит комом в горле

Сажусь на кровати, отчаянно пытаясь вернуться в настоящее. Но сон был настолько реалистичным, что я будто по новой прожил ту субботу – мамин выходной и день, когда Вера Федотова вошла в мою жизнь.

Моя добрая девочка с грустными глазами.

О том, что случилось, мама мне рассказала тем же вечером, когда Вера и её шофер уехали.

Её родители разбились по дороге из аэропорта.

Спешили к ней после очередной длительной поездки в Европу. Все трое – и они, и их личный водитель, который почему-то не справился с управлением – скончались на месте.

И Вера осталась сиротой.

Круглой.

Абсолютной сиротой.

У неё даже бабушек и дедушек не было, дядь, тёть, которые бы забрали её к себе.

Поэтому Веру ждал детский дом.

Но не дождался.

- Мить, пойми, я не смогу жить спокойно, зная, что моя Веруня одна мается в приютах.

- Мам, ты же ей никто, – попытался возразить я, уже и так понимая, что мама приняла решение и не отступит от него. – Она тебе тоже чужая.

- Я её вырастила, Мить. С годика с ней. Она мне не чужая.

Какими-то неимоверными усилиями и после долгих проверок маме удалось оформить над Верой сначала временную опеку, чтобы её не помещали в приют сразу после трагедии, а затем – и настоящее опекунство.

Из препятствий – только наша непригодная для еще одного человека однушка и тот факт, что с гибелью работодателей мама лишалась постоянного дохода.

Но тут ей помог Олег Анатольевич Зайцев – адвокат и близкий друг родителей Веры, который быстро устроил маму на формальную должность, пока она искала что-то постоянное.

А органы опеки разрешили нам с мамой жить в особняке Федотовых, чтобы условия жизни богатой наследницы не ухудшились.

Мы с мамой уместили всю свою жизнь в несколько коробок и переехали в пригород.

А я стал ездить в школу с несколькими пересадками, пока мама не сжалилась и не перевела меня в школу поближе, в том же поселке...

Важное объявление

Дорогие мои, обещанный сюрприз про Григорянов уже выложен ПОЛНОСТЬЮ на моей странице!

Было много вариантов, о ком же будет новая история? С огромным удовольствием приглашаю вас в свою по-осеннему яркую и теплую новинку "В СМЫСЛЕ, РАЗВОД?" об уже полюбившихся вам Ларисе и Георгии и очень жду вашей поддержки лайками и комментариями.

"В СМЫСЛЕ, РАЗВОД?"

Аннотация

– Ты меня вообще слушаешь?

– А должен? Ты же постоянно о чем-то вещаешь. Думаешь, я вслушиваюсь?! Лучше сделай мне кофе! - фыркает муж, не глядя.

– Нет уж, хватит с меня!

Накануне рубиновой свадьбы я узнаю, что муж путает меня с мебелью. Удобной, привычной и всегда на своем месте.

Ну, что ж.