— Надеюсь, у тебя хватило мозгов не наградить своим семенем этих безродных девок?! — внезапно хмыкнул министр правосудия, сказанным заставив супругу подавиться глотком чая. — Мне не нужны щенки от блохастых псин! Таких проще утопить! — рыкнул он, заботливо похлопав свою супругу по спине. — Ты как, милая? — участливо спросил он у неё.

— Хорошо, дорогой, — кивнула Анирия. — Благодарю!

Минуты бежали и бежали. Мэрвин то и дело поглядывал в окно, за которым раскинулся ухоженный двор. И тут его взгляд уловил служанку, что торопливо шла от ворот.

— Идёт! — вскочил он на ноги.

Анирия Туаро неспешно поставила чашку на стол, вскидывая взгляд на двери, которые спустя минуту распахнулись, являя на пороге прислужницу.

— Принесла? — спросила холодно аристократка.

— Да, госпожа! — кивнула девушка, протягивая на распахнутой ладони две пуговицы. Одна — отрезанная от камзола Мэрвина, а вторая — добытая в доме министра астрономии.

— Отлично! — довольно улыбнувшись, Анирия Туаро заметно расслабилась. — Пришей их к камзолу Мэрвина.

— Слушаюсь, госпожа! — прислужница поспешила на выход, прикрывая за собой двери.

— Вот! — рыкнул Равьер Туаро, ткнув указательным пальцем в сторону своей супруги. — Вот такой должна быть твоя жена! Той, кто всегда прикроет твою спину и спину ваших детей! Той, кто никогда не отвернётся от тебя, даже в самую сложную минуту! Хватит беситься из-за отказа семьи Уокер!

От услышанного Мэрвин замер, медленно поднимая взгляд на своего отца.

— Думал, я не пойму, в чём дело? — самодовольно усмехнулся глава дома. — Она не хочет тебя…

— Зато я хочу её! — младший Туаро, сжал пальцы в кулаки и гневно сузил глаза. — Хочу! — процедил он сквозь зубы. — И обязательно получу!

25. Я докопаюсь до правды

Ян

— Умоляю вас! — за нами, обливаясь горькими слезами, бежала Тория Мэнрук — супруга министра астрономии, в доме у которого мы проводили обыск сразу после Туаро. Её голос дрожал от отчаяния, а подол роскошного платья волочился по влажной от недавнего дождя дорожке. — Лорд Нортон, будьте милосердны! — аристократка хваталась за рукав моей куртки, наплевав на приличия и взгляды прислуги, что высыпала во внутренний двор поместья. — Мой мальчик не мог этого сделать!

Я остановился, бегло проводив взглядом своих парней, что, скрутив растерянного и испуганного Лиарта, уводили его всё дальше, к воротам, за которыми стояли наши кони и повозка для заключённых. 

— У нас есть доказательство в виде отсутствия пуговицы на его камзоле, обнаруженной на месте преступления, — я старался не реагировать на слёзы женщины, лицо которой было бледным, а всё тело её дрожало так, будто она оказалась посреди зимней метели.

— Но… но… — зарыдала аристократка, отчаянно сжимая ткань моей куртки в своей руке, — мало ли таких пуговиц.

— В том-то и дело, что они сделаны на заказ, — качнул я головой, чувствуя, как тяжесть ответственности давит на плечи. — Для вашего сына и двух его друзей. Дом Туаро мы проверили, — едва сдержался, чтобы не поморщиться, ведь самодовольная рожа Мэрвина до сих пор стояла у меня перед глазами. — Мои люди сейчас проверяют поместье советника Лерука. Будет проводиться следствие, и во время него Лиарт будет задержан.

— Мой мальчик! — аристократка зарыдала так громко, что даже птицы вспорхнули с ветвей деревьев, испуганно разлетевшись в разные стороны. — Он не виноват! Он не стал бы… Он не такой! — леди Мэнрук размазывала слёзы по щекам, глядя так жалобно, что мне захотелось уйти отсюда как можно скорее. Я понимал её горе. Понимал, что она не может принять суровую реальность, не может поверить в то, что её сын — преступник. Но такова моя работа. Я должен в любой ситуации оставаться беспристрастным.

— Лиарт не помнит, где был в тот день в десять вечера, — произнёс я спокойно, хотя в груди клубились эмоции.

— Он уезжал на званый ужин в дом Уокеров! — аристократка прижала руки к груди, жалобно всхлипывая.

— Но вернулся только после полуночи.

Леди Мэнрук, часто дыша, будто задыхаясь, широко распахнула глаза. Было видно, как мысли носятся в её голове, как она хочет ответить хоть что-то, чтобы спасти своего ребёнка, как отчаянно цепляется за последнюю надежду.

— Уверяю вас, — что ни говори, но мне было жаль эту женщину до глубины души, — мы всё тщательно проверим, прежде чем вынести обвинение. Когда ваш супруг придёт домой, пусть приедет в бюро. Мне нужно задать ему пару вопросов.

Леди Мэнрук хотела сказать что-то ещё, но не смогла. Закрыв лицо ладонями, она зарыдала, медленно оседая на дорожку.

Стремительно подхватив её, я посмотрел на служанок, что уже со всех ног спешили к своей госпоже. Их лица выражали искреннее беспокойство и сострадание. В этот момент я почувствовал, как тяжесть моей работы давит на плечи ещё сильнее, но знал, что должен продолжать идти вперёд, несмотря ни на что.

— Сделайте ей успокаивающий отвар, — передав в их руки обмякшее тело аристократки, я резко развернулся и направился к воротам.