Миссис Уильямс было за пятьдесят. Волосы у неё были стального цвета. Оправа очков — тоже серая. Это была широкоплечая, крепкая на вид женщина, одетая в белую футболку и синие джинсы. Она была босиком. На подиуме прямо под потоком солнечного света стояла обнажённая девочка-подросток. Она позировала для картины, над которой работала миссис Уильямс, и продолжала держать позу, так как художница не отрывалась от мольберта.

— Коломбо, я скорее выпью средство для прочистки труб, чем съем миску того жуткого огненного чили, которое ты почему-то считаешь деликатесом. Если полиция Лос-Анджелеса слишком скупа, чтобы купить даме сэндвич с тунцом в закусочной…

— Миссис Уильямс, я с радостью куплю вам сэндвич с тунцом.

— И полбутылки шампанского, — добавила она.

— Ну…

Диана Уильямс хлопнула Коломбо по руке и рассмеялась.

— Чего ты хочешь на халяву в этот раз? — спросила она.

— Не совсем на халяву, — ответил он. — У вас будет шанс помочь раскрыть одно из действительно великих преступлений века.

— Только если мне не придётся быть свидетелем, — предупредила она.

— Обещаю, — ухмыльнулся Коломбо.

— Ну, тогда выкладывай.

Он достал из конверта улучшенную на компьютере фотографию двух мужчин на Травяном холме. Коломбо протянул ей фото, и она с минуту разглядывала снимок.

— Перерыв, Сесилия, — скомандовала миссис Уильямс. — И не волнуйся. Этот парень не бродяга. Он коп.

Девушка сошла с подиума и накинула халат. Художница продолжала хмуриться, глядя на свой холст и внося крошечные правки.

— Полагаю, дело в том, что ты хочешь узнать, как эти парни выглядят на самом деле, — сказала она Коломбо.

— Больше того, — ответил он. — Я бы хотел увидеть, как они выглядели тогда, всё верно. Но это было тридцать лет назад. Мне нужно знать, как они могут выглядеть сейчас.

— Это будет гадание на кофейной гуще, — ответила миссис Уильямс.

— В прошлый раз, когда вы делали это для меня, вы не гадали. Вы знаете всё о человеческих лицах, включая то, как они с годами меняются.

Миссис Уильямс нахмурилась, глядя на фотографию.

— У этого парня винтовка. В кого он стрелял?

— Возможно, в Джона Ф. Кеннеди, — сказал Коломбо.

— Ты серьёзно?

Он кивнул.

— Боже, ради разговора об этом я готова даже съесть миску твоего чили. Сесилия! У нас обеденный перерыв. Увидимся в начале второго, окей?

4

— Ценю, что вы уделили время, мистер Белл, — сказал Коломбо. — Мне кажется, я отнимаю его слишком много.

Они находились на парковке пляжного клуба «Топанга». Коломбо позвонил туда в надежде застать Белла, и тот оказался на месте. Он встретил Коломбо на парковке, объяснив, что внутри встречается с деловыми партнёрами и ему было бы немного неловко, если бы они узнали, что он всё ещё беседует с детективом, расследующим убийство Друри.

— Можете располагать моим временем, когда захотите, лейтенант Коломбо. Надеюсь, вы понимаете, почему мы встречаемся здесь. Я пытаюсь убедить кое-кого вложить деньги в мой небольшой проект, и я… Ну, ребята они несколько наивные и могут не понять, что я не под подозрением или что-то в этом роде.

— Прекрасно понимаю, сэр. Правда. Я не хочу ставить вас в неловкое положение. Э-э… если кто спросит меня, я с радостью скажу им, что вы не подозреваемый.

— Отлично. Почему бы нам не присесть в мою машину? Там немного просторнее.

— Верно. Моя машина очень эффективна. Места ровно столько, чтобы двое сидели с комфортом. Но верх я больше не опускаю. Слишком велик риск порвать его. Если сядем в вашу, получим и солнце, и ветерок.

Они подошли к сделанному на заказ серебристо-серому «Кадиллаку» Белла.

— Надо же, отличная машина! Знаете, у меня тоже обивка из натуральной кожи. Миссис Коломбо чистит её седельным мылом. Вы когда-нибудь использовали седельное мыло для своей, сэр?

— Полагаю, те, кто за ней ухаживает, его используют. Какой-то очиститель для кожи и кондиционер.

— Седельное мыло — это лучшая вещь, сэр. Поверьте мне. У меня машина уже давно.

— Я запомню, лейтенант. Так что я могу сегодня для вас сделать?

Они уселись на переднее сиденье «Кадиллака».

— Боже, я бы, наверное, заснул за рулём чего-то настолько удобного. Э-э… Перейду сразу к делу. Я помню, вы говорили, что были на Дили-плаза в день убийства. Где именно это было, сэр? Где вы стояли?

— На Элм-стрит, той улице, по которой ехал кортеж. Я был на северной стороне улицы.

— Вы видели момент выстрела в президента?

Белл покачал головой.

— Это случилось до того, как лимузин президента поравнялся с тем местом, где я стоял. Я не смотрел на лимузин, когда это произошло. Должно быть, я смотрел на один из мотоциклов или что-то ещё. Я слышал хлопки, но не понял, что это. Знаете… мотоциклы стреляют выхлопом. Когда лимузин поравнялся со мной, я с шоком и ужасом осознал: что-то не так. Президент упал. Я его не видел. Миссис Кеннеди выбралась на багажник лимузина. Теперь я знаю, что она делала: тянулась за куском черепа президента. Я имею в виду, я был в таком ужасе, что не мог… лейтенант, я не мог заставить себя поверить в то, что видел. Затем лимузин набрал скорость, рванул к туннелю, нырнул под него и скрылся из виду.