Нежно, я хватаю рубашку, накинутую на её грудь, и снимаю её, отбрасывая в сторону и снова обнажая её передо мной. Я восхищаюсь ею мгновение, прежде чем снова наклониться и прижать свои губы к её повреждённой коже, мои руки скользят вверх и вниз по её спине, посылая дрожь по её позвоночнику.

Она пропускает свои руки через мои волосы, издавая небольшой вздох признательности.

— Такая чертовски красивая, — бормочу я против её кожи, целуя каждый доступный дюйм. — Я люблю тебя, — выдыхаю я прямо в её губы.

Она улыбается в поцелуй.

— Я тоже люблю тебя.

Глава 41

Зяблики

Мои костыли громко щёлкают по кафельному полу больницы, пока я изо всех сил стараюсь прыгать по коридору. Всё ещё болит, и все мои синяки начинают приобретать мерзкий желтоватый цвет, а ссадины покрываются корочкой.

После моей аварии мы с Оливией остались во Флориде ещё на несколько дней, чтобы отдохнуть, запершись в гостиничном номере, прежде чем предпринять неудобную пятичасовую поездку обратно домой. Я изо всех сил извинялся за то, что испортил наш отпуск, но она настаивала, что нет.

После инцидента в доме престарелых звонки моей матери были настойчивыми, но я заблокировал её номер и избегал любых неизвестных номеров, чтобы избежать её любой ценой. Мне всё равно нечего ей сказать. На минуту я испугался, что она узнает о моей аварии или узнает, в каком отеле я остановился, и выследит меня, но я не видел её с тех пор, как был в доме престарелых, слава богу. И я планирую сохранить это так, как бы сурово это ни было.

Теперь, вернувшись домой, Оливия помогает мне пройти по коридорам больницы после завершения повторного приёма у моего врача. Он сказал, что всё займёт время, но должно зажить правильно. Что касается моей футбольной карьеры, как я и подозревал, он не ожидает, что я вернусь в форму и стану тем спортсменом, которым был когда-то, что, по сути, разрушает любые мои мечты о попадании в НФЛ.

Тяжёлый камень разочарования и неуверенности лежит в яме моего желудка, пока я судорожно пытаюсь понять, что, чёрт возьми, мне теперь делать. Я знаю, что закончу учёбу через несколько месяцев со степенью в области спортивной науки, но, честно говоря, я никогда не задумывался о том, чтобы на самом деле использовать её. Я всегда представлял, что пойду прямо в НФЛ, даже не нуждаясь в своей степени, но теперь мне нужно переварить, что это больше не является возможным.

Оливия идёт рядом со мной, как кто-то, кто гулял бы с малышом, напряжённая и внимательная, готовая поймать меня, если я упаду. Я не знаю, как она рассчитывает поймать меня, учитывая, что я в два раза больше неё.

На полпути по коридору голос зовёт Оливию по имени, и мы оба смотрим через плечо, обнаруживая Кору, идущую за нами.

Кора улыбается.

— Я думала, это ты, — говорит она, подходя к нам и обнимая Оливию.

— Привет, Кора, — приветствует её Оливия, обнимая в ответ.

Кора смотрит на свои часы, её бровь хмурится.

— Ты рано.

Оливия тихо смеётся.

— О, нет. Я собиралась сначала забежать домой, прежде чем вернуться сюда на ужин, — говорит она, и я внезапно понимаю, что сегодня вторник. — Я здесь сейчас из-за его приёма, — уточняет она, нежно кладя руку мне на плечо.

Кора хмурится от беспокойства, осматривая мои травмы.

— О боже. Что случилось?

— Это долгая история, — признаю я.

— Я расскажу тебе позже, — уверяет её Оливия. — Позволь мне просто отвезти его обратно домой, и я вернусь примерно через полчаса.

— Всё в порядке, детка. Я могу просто подождать где-нибудь здесь, пока вы пообщаетесь, — настаиваю я, не желая, чтобы она везла меня до общежития только для того, чтобы вернуться сюда.

Она хмурится.

— Нет, я не хочу, чтобы тебе было неудобно.

Я улыбаюсь, наклоняясь, чтобы поцеловать её в макушку.

— Я буду в порядке, — обещаю я. — Вы, ребята, идите, наслаждайтесь ужином.

Она всё ещё не кажется убеждённой в этой идее.

— Почему бы тебе не пойти поужинать с нами? — предлагает она. — Ты не против, Кора?

Кора колеблется мгновение, и прежде чем я успеваю настоять на том, чтобы не вмешиваться, Оливия говорит, заметив выражение лица Коры.

— Всё в порядке. Он знает, — говорит она Коре с успокаивающим взглядом.

Глаза Коры немного расширяются от удивления, прежде чем она становится почти застенчивой. Она прочищает горло, глядя на меня, как будто я храню все её секреты. Но глубоко внутри я также вижу благодарность в её глазах, как будто с её плеч наконец-то сняли груз, потому что кто-то ещё знает о её трагедии и принимает её решение. Я чувствую, что она доверяет мне сейчас, зная её правду.

— Да, — говорит Кора окончательно. — Давайте все поужинаем вместе.

Мы втроём направляемся в кафетерий, берём еду и садимся. Оливия и Кора в основном общаются. Я соглашаюсь быть третьим лишним и вмешиваюсь в их разговор только по приглашению, позволяя им провести время вместе.