Но в глубине зрачков, там, где последние годы плескалась только усталость и смирение, теперь горел холодный, злой огонек. Это был взгляд не жертвы. Это был взгляд хищника, который слишком долго питался травой, а теперь почуял кровь.

Настя открыла шкафчик с косметикой. Обычно ее макияж занимал пять минут: тон, тушь, гигиеническая помада. Чтобы не выделяться. Чтобы быть удобным фоном для блистательного Игоря.

Сегодня она достала из глубины ящика алую помаду. Купила ее три года назад, в порыве необъяснимого бунта, но так ни разу и не накрасилась. «Куда мне, засмеют», — думала тогда.

Сегодня она нанесла её медленно, аккуратно, как индеец наносит боевую раскраску перед выходом на тропу войны.

Следующий этап — гардероб. Настя распахнула дверцы шкафа. С одной стороны висели яркие рубашки и дорогие костюмы Игоря (купленные, разумеется, с доходов от бизнеса, который она спасла). С другой — ее унылый ряд: бежевые кардиганы, удобные джинсы, серые платья «и в пир, и в мир, и в поликлинику».

«Одежда женщины, которая поставила на себе крест», — констатировала Настя.

Её рука потянулась в самый дальний угол, туда, где в чехле висел «призрак прошлого». Темно-синий брючный костюм Hugo Boss. Она купила его пятнадцать лет назад, на первую серьезную прибыль от кофейни. Тогда она была не «Игорьковой женой», а Анастасией Павловной, женщиной, которая могла взглядом заморозить нерадивого поставщика.

Она сняла чехол. Ткань пахла лавандовым саше и забытыми амбициями.

Настя влезла в брюки. Застегнула молнию. Надо же, сидит идеально. Хоть в чем-то стресс последних месяцев пошел на пользу — она скинула пару килограммов.

Она надела жакет, посмотрела в ростовое зеркало. Бежевый кардиган исчез. Перед ней стояла женщина, с которой опасно шутить. Женщина, которая знает цену деньгам и предательству.

— Ну что, Настя, — подмигнула она себе. — Пора провести аудит этого убыточного предприятия под названием «Семья Волковых». И начать процедуру банкротства.

На кухню она вышла в семь тридцать. Игорь уже сидел за столом, в одних трусах, почесывая волосатую грудь и тупя взгляд в телефон. Вид у него был помятый, как у вчерашней газеты, в которую заворачивали рыбу.

Услышав шаги, он, не поднимая головы, буркнул:

— Насть, кофе сделай. И там где-то мои сигареты были...

Настя прошла мимо него к кофемашине. Стук ее каблуков по плитке прозвучал как автоматная очередь в утренней тишине.

Игорь наконец оторвался от экрана. Его заспанные глаза расширились. Он несколько секунд моргал, пытаясь сопоставить привычный образ жены-домработницы с тем, что он видел сейчас.

— Э-э-э... — выдавил он. — Ты куда это намылилась? В налоговую, что ли?

Его взгляд метнулся по её фигуре, задержался на алых губах. В этом взгляде не было восхищения, только недоумение и смутная тревога. Так смотрит хозяин, когда его старая, послушная собака вдруг скалит зубы.

Настя нажала кнопку «эспрессо».

— У меня дела, Игорь.

— Какие дела в такую рань? — он нахмурился, начиная раздражаться. — И вообще, что за маскарад? Ты забыла, что сегодня должны приехать мастера чинить посудомойку? Кто их встретит?

Настя взяла чашку с готовым кофе. Повернулась к мужу.

— Твоя помощница встретит, — сказала она ледяным тоном. — Она же у нас такая исполнительная. Пусть тренируется вести хозяйство.

— Какая помощница? Вика? — Игорь окончательно потерял нить разговора. — Насть, ты чего, перегрелась? Причем тут Вика и наша посудомойка?

— Притом, Игорёк, — Настя сделала маленький глоток, наслаждаясь горечью. — Что я слагаю с себя полномочия генерального директора по обслуживанию твоей задницы. Фирма закрывается на переучет.

Она поставила недопитую чашку на стол перед ним, взяла сумочку и ключи от машины.

— Кофе сам себе сделаешь. Кнопки ты нажимать умеешь, я видела.

Она вышла из квартиры, оставив Игоря сидеть с открытым ртом посреди кухни, в трусах и полном непонимании того, что только что произошло.

В лифте она проверила телефон. Сообщение от Дмитрия: «Жду в "Марио" в 8:30. Надеюсь, ваш боевой настрой не испарился за ночь».

Настя усмехнулась. Испарился? О нет. Он только настоялся и стал крепче, как хороший яд.

Дорогие мои, хочу вас пригласить на страницы истории моей коллеги Анны Соболевой

"Бывшие. Муж под Рождество"

Восемь лет назад Сергей разбил сердце Марины.

Теперь он — её новый босс и предлагает работу, от которой Марина отказаться не может.

Сергей холоден и непохож на того, кого она знала.

Но прошлое не отпускает.

А когда на кону — жизнь ребёнка, все старые раны вскрываются вновь.

Сможет ли прощение стать сильнее лжи, когда на карту поставлено всё?

Драма о любви, предательстве и той цене, которую мы готовы заплатить за шанс начать всё сначала.

Продолжение здесь

Глава 4 Звонок другу (или ядерный реактор по имени Люба)