— Что ж, это работает, — усмехнулась я. — Я тоже не создана для трона. Какая у меня ледяная магия? Никакой! Было бы насмешкой даже приблизиться к нему. Он, пожалуй, растает при одном моем виде.

— Прекрати, — сердито сказал Тиеран. — Ты Королева, Айла. Состоялась коронация или еще нет. Нравится тебе это или кому бы то ни было это нравится, — он бросил взгляд на Нилу, — Наши родители подписали указ. Никто не может это изменить.

Но они могли. Если люди просто откажутся кланяться мне. Откажутся следовать за мной. Я вынудила себя кивнуть.

— Увидимся с вами в замке позже, — сказала я.

— Куда ты идешь? — спросила Нила.

Я пожала плечами:

— Мне просто нужно побыть одной некоторое время.

Тиеран посмотрел на меня, затем мельком на Нилу.

— Мы можем во многом не соглашаться, но у нас течет одна кровь. Что бы ни случилось, — добавил он, — мы преодолеем все. Вместе.

Озорная усмешка снова вернулась на лицо Нилы.

— Это твой способ наконец сказать, что ты скучал по нам?

Он искоса посмотрел на нее и тяжело вздохнул.

— Это мой способ сказать, что я предпочел бы братьев или, по крайней мере, — на одну сестру меньше.

Это принесло ему легкий толчок от Нилы, который он даже не потрудился уклониться.

Я посмотрела на Тиерана.

— О, я почти забыла. Близнецы уже некоторое время живут во дворце. Тебе, наверное, стоит поговорить с Инарой. Дальняя кузина, но все же из королевской семьи. Ты знаешь правила.

Лицо Тиерана исказилось при упоминании о них.

— Зачем они здесь?

— Они начали искать женихов. А Инаре ты всегда нравился, — промурлыкала я.

Его челюсти сжались при воспоминании о прошлых событиях.

— Ей интересно более высокий титул, а не я.

— Боишься, она снова разобьет тебе сердце? — Нила фыркнула со смехом. — Плохи твои дела, дорогой брат. Ты не пропустишь ужин сегодня, и она будет там — приклеится к твоему боку.

— Ей повезет, если я не превращу ее в ледяную скульптуру, — отрезал Тиеран.

— Ей это может понравиться, — поддразнила она. — Холодная и декоративная — как раз ее тип.

Медленно выдохнув, я махнула им рукой и направилась глубже в столицу.

— Ведите себя прилично, оба.

Я еще не знала, куда направляюсь, но решила, что лоток с едой впереди — хорошее начало. Там выстроилась небольшая очередь, и по мере моего приближения оживленные разговоры сменились неловким молчанием.

Пожилая женщина крепко сжала руку своего ребенка и притянула мальчика поближе к себе. Может, Маркус и прав. Что, если я найду доказательства своей невиновности, но будет уже слишком поздно?

Я попыталась стряхнуть его слова с головы, но они крепко держали меня. Когда я подошла к концу очереди, напряжение слегка ослабло, и люди жестами предложили мне пройти вперед.

Благодарная, что не придется стоять дольше, я быстро проговорила:

— Спасибо, — и на губах у меня появилась улыбка. Они молча склонили головы, но изо всех сил старались избегать моих глаз.

Владелец ларька был полноватым мужчиной с неопрятной бородой и невыразительным лицом. Его морщинистые руки были крепко скрещены на груди, а голос был почти болезненно хриплым.

— Чем могу помочь, Ваше Величество? — Последние слова он произнес с намеком на сарказм, который я пока проигнорирую.

— Мешочек моркови, пожалуйста, — вежливо ответила я, засовывая руку в бархатный мешочек. Прежде чем я успела достать монеты, он сунул мне мешочек с морковью в руки.

— Вот, мне не нужны ваши монеты. — Голос его был резок, а глаза слегка расширились. Было видно, что он не хотел прозвучать так грубо. Хотя, казалось, он об этом не жалел, раз я не слышала извинений.

Я снова попыталась ответить добротой, но мне показалось невозможным игнорировать такое явное проявление неуважения. Моя улыбка быстро исчезла.

— Что ж, вы возьмете их. — Я положила золотые монеты на потрепанный деревянный прилавок.

Прижимая к груди пакет со свежей морковью, я пошла по извилистой тропе в лес. Солнце скрылось за горизонтом, небо стало глубоким, бархатно-синим. Сверкающие звезды зажглись на небе, давая мне достаточно света, чтобы видеть дорогу.

Внезапно мощный порыв ледяного ветра застал меня врасплох, едва не сбив с ног. Я приготовилась к жесткому падению, но его не последовало. Холодная рука вцепилась мне в плечо и резко рванула назад.

Голос Маркуса капал презрением, когда он заговорил:

— Ты и вправду слаба, не так ли? Каким жалким правителем ты бы оказалась.

Я резко сбросила его руку с плеча и продолжила идти, пытаясь сделать вид, что его здесь нет.

Его шаги неотступно следовали за мной.

— Куда это ты направляешься?

— В конюшни, — пренебрежительно ответила я, ускорив шаг.

Деревянное здание показалось впереди, и я не могла не почувствовать облегчения. Он легко догнал меня, в то время как я уже начинала задыхаться, пытаясь от него оторваться.