Он перешел к следующему без предупреждения и снял маску. Я посмотрела в его глаза, и одним взмахом его руки комната вокруг нас изменилась.

Внезапно мы стояли в центре густого леса. Гладкий камень под сапогами стал землей и мхом. Стены арены исчезли — поглощенные деревьями. Тысячи свечей освещали лесную подстилку, мягко мерцая.

Ветерок шевельнул мои волосы. Где-то вдалеке каркали вороны. Контролируй существующий свет, — напомнила я себе, повторяя в голове.

Я вдохнула и представила, как пламя свечей тянется выше. И они потянулись. Медленно, но поднялись. Затем я представила, как они наклоняются ко мне — к моим ногам. Сработало.

Я использовала свою магию здесь, в Малифике, больше, чем когда-либо прежде. Не ожидала такого быстрого прогресса. Ни головной боли. Ни острой боли. Ничего.

— Ты можешь контролировать существующий свет, — сказал Эмрис, бросив взгляд на Леона. Легким взмахом руки все исчезло. — Я знаю, ты можешь и создавать его.

Лес исчез. И мир погрузился в кромешную тьму.

— Ваше Величество? — дрожащий голос Леона донесся откуда-то слева. — В-Вы здесь?

— Да! — крикнула я, поворачиваясь на звук. Но теперь он звучал дальше. Как будто он двигался — или комната двигалась вокруг нас.

— Я-я не хочу мешать, но… м-можно тренироваться при свете? — Его голос сорвался. Он боялся темноты.

— Эмрис, — прошептала я, чувствуя беспокойство. — Можешь сделать свет? Слишком темно.

Я не слышала, как он движется — но почувствовала его. Позади меня. Его рука обхватила мои запястья, мягко, но твердо, и повернула ладони вверх.

— Создай свой, — сказал он.

— У меня не очень получается, — сказала я.

— Представь сферу, — пробормотал он. — Чистую и пустую. Позволь своей магии медленно наполнить ее. Не дай ей перелиться. Удержи.

Ладони закололись. Затем загорелись. Я поморщилась от боли, но продолжила. Появился свет. Мягкая, мерцающая сфера сформировалась в воздухе прямо над моей рукой, паря, как светлячок. Она колебалась, но держалась.

Ее свечение осветило тени, и я успела мельком увидеть Леона. Он сидел в углу, поджав колени к груди и дрожа.

— Не торопись, — прошептал Эмрис мне на ухо.

Я так и сделала. Мерцание стабилизировалось, и свет стал ярче.

— Какой в этом смысл? — спросила я, стараясь скрыть раздражение в голосе. — Освещение комнаты не поможет мне вернуть корону.

Он встал рядом со мной, звякнув цепями.

— Увеличь ее.

Я стиснула челюсть. Не знала, смогу ли, — но попыталась. Я представила, как сфера растет, моя магия поднимается по руке. Боль была острой и жгучей, но я не остановилась.

— Теперь удержи ее, — сказал он, — и брось в деревья.

Перед нами выстроилась ровная линия деревьев, их массивные стволы вздымались к невидимому небу.

Я отступила. Вдохнула. Затем швырнула ее. Сфера пронеслась по воздуху с воем и врезалась в ближайший ствол, проделав в нем аккуратную дыру насквозь. Я уставилась, сердце колотилось.

Это… это может сработать. С достаточной практикой — с достаточным контролем — я смогу вернуться. Смогу сражаться.

На моих губах появилась улыбка.

— Как ты узнал, на что я способна?

— Не знал, — сухо сказал он. — Но я предположил, что наша магия имеет… параллели.

Взмахом руки лес исчез. Арена вернулась в свое пустое состояние.

— На сегодня хватит.

Короткий ли был сеанс или нет, я почувствовала облегчение. Боль за глазами пульсировала с тупым постоянством. Прежде чем я успела что-то сказать, он повернулся. Ушел. Растворился во тьме.

Леон и я покинули арену вместе.

Он продолжал оглядываться, будто за нами следовало что-то невидимое. Исходящее от него напряжение беспокоило.

Когда мы наконец выбрались с уровней темницы, я вспомнила просьбу, с которой обращалась к Эмрису несколько дней назад: я просила переместить комнату Леона ближе к моей. Он отказал. Сказал, что это не нужно.

Его комната осталась рядом с моей прежней. Я решила проводить его. Молчание между нами становилось невыносимым. Я толкнула его плечом своим, пытаясь вызвать улыбку.

— Эй, — сказала я, — Что-то увидел?

Он тяжело рухнул на колени, и его дыхание стало прерывистым. Руки впились в волосы, он дергал их так яростно, что я подумала, он вырвет их.

— Леон? — я опустилась рядом с ним. — Эй, эй, все хорошо.

Но он не ответил. Просто продолжал дергать волосы и трястись. Он бормотал неразборчивые фразы под нос. Я присела рядом, осторожно положив руку ему на колено.

— Не трогай меня! — крикнул он.

Еще мгновение назад с ним все было в порядке. Что могло измениться, чтобы спровоцировать это?

Наконец его раскачивания замедлились. Он поднял голову, и его пустые глаза встретились с моими.

— Я видел его, — прошептал он.

Я моргнула.

— Что?

— В арене — в лесу, — сказал он.

Желудок сжался. Он говорит об Эмрисе?