Они спешились, когда заметили меня. Троих я знал. Четвертый стоял за своей лошадью, вне поля моего зрения.

Элтрек шагнул вперед — седой на висках, глаза жесткие.

— Ксавиан, — произнес он бесстрастно. Без звания. — Король Эмрис отправил нас. Сказал, были… сообщения о необычном движении.

— Не знаю, о чем ты говоришь, — ответил я. — Скажи своим людям, чтобы перестали гоняться за призраками.

Варран заговорил следующим — молодой, самоуверенный, точно таким я его и запомнил.

— Там что-то есть, — он ткнул пальцем в вершину горы. — Мы все это знаем.

— Для вас здесь ничего нет, — я шагнул ближе к ним. — Возвращайтесь.

— Ты больше не отдаешь приказы, — огрызнулся Элтрек.

Ах. Значит, это официально — я потерял свое положение. Жаль.

Я слабо улыбнулся.

— Вот этот послушался, — кивнул я в сторону четвертого солдата, который уже забирался обратно в седло.

Он повернулся ко мне, и я наконец увидел его лицо. Ну, будь я проклят. Дарен.

В последний раз, когда мне приказали обучать новобранцев, было шесть лет назад — тогда он был девятилетним мальчишкой. Медлительный, слабый, насмерть перепуганный. Я учил его чему мог, но никогда не думал, что он проживет достаточно долго, чтобы действительно стать солдатом. Хороший был парень, когда-то. Жаль, теперь его жизнь — просто цифра.

Элтрек сверкнул на него взглядом.

— Слезай.

Дарен замер.

— Я… я думал, он…

— Живо, мальчишка! — рявкнул Элтрек. — Пока я не оставил тебя здесь с ним!

Дарен неуклюже, в панике сполз с лошади. Варран усмехнулся, в то время как Лазек — худощавый мужчина с неизменно заметным кинжалом — фыркнул.

— У тебя же есть собственная крепость, не так ли? — сказал Лазек. — Так что тянет тебя в Логово Драконов, если здесь ничего нет?

Взгляд Элтрека стал острее.

— Осторожнее, парни. Этот всегда был хитрее, чем кажется… и ничтожнее, чем думает о себе.

Я криво усмехнулся.

— Что сказать? Мне здесь нравится пейзаж.

Варран фыркнул.

— Правда?

— Ага, — кивнул я.

— Странно, — протянул Варран. — Мне кажется, ты что-то охраняешь. Ведешь себя очень подозрительно для человека, которому нечего скрывать.

— Мне есть что скрывать, — спокойно сказал я.

Элтрек обнажил меч — черная сталь, пропитанная магией. Я помнил его вес еще с учебных лет. Он все так же держит его высоко. Все так же замахивается с левой. Запомню это на случай, если через пару мгновений он неизбежно попытается опустить его мне на основание черепа.

— Сам меч не вытащишь? — спросил он, насмешка скривила его губу. — Совсем магом заделался?

— Мне не нужен меч, — сказал я. — И мне не нравится использовать его магию.

Он откинул голову назад, обнажая морщинистую кожу шеи. Голоса снова зашевелились в моем разуме, голодные и настойчивые. В этот раз я не потрудился их игнорировать. Я представил, как беру его клинок и полосую его от уха до уха — или заталкиваю ему в глотку, пока рукоять не раскрошит зубы.

— Ты всегда был странным, — сказал Элтрек.

Дарен все еще стоял застыв, ноги утопали в рыхлом гравии, словно даже его страх не мог решить, в какую сторону бежать.

— Дарен, — сказал я, не глядя на него, — садись на лошадь и уезжай.

Варран усмехнулся, глядя на меня.

— Не трать дыхание. Он гроша ломаного не стоит. Как и ты.

Они набросились на меня все сразу. Элтрек двигался как таран — клинок высоко, плечи развернуты — и, как я и представлял, целился всей силой в мой череп. Я вздохнул.

Руки Варрана вспыхнули пульсирующей черной магией. Лазек отделился влево, кнут из тени в одной руке, клинок в другой.

Моя нога скользнула по гравию, находя опору. Мгновение спустя меня там, куда они целились, уже не было. Варран понял слишком поздно, когда мой сапог врезался ему в корпус — хрустнула кость. Его тело подбросило и впечатало в сосну.

Клинок Лазека пронесся мимо меня, и магия срезала прядь моих волос. Я шагнул слишком близко, чтобы он мог ударить. Мой локоть обрушился ему на грудь, выбив воздух из легких. Я дал ему пошатнуться, затем подцепил его лодыжку и рванул. Колено подвернулось неестественно, и его спина с тяжелым стуком встретилась с землей.

Элтрек приблизился ко мне сбоку. Я отпустил лодыжку Лазека и шагнул в его пространство. Моя ладонь взметнулась вверх, в его подбородок. Судя по звуку, который он издал, похожему на хрюканье кабана, только что понявшего, что его ведут на убой, я не просто раздробил ему зубы. Он ударился о землю и покатился.

— Я не хочу убивать вас здесь, — сказал я. — но убью, если придется.

Элтрек сплюнул кровь и зубы возле моих сапог.

— Зачем проявлять милосердие? — прорычал он.

— Я не хочу, чтобы ваши гниющие трупы усеивали эту землю, — просто сказал я. — Она священна. Тебе не понять.

Лазек поморщился, но все же сумел рассмеяться.

— Священна? Похоже, Жнец стал мягкотел.