, и нескольких завтраков, и бутылок спиртного, мы сгрудились вокруг рваного кожаного дивана и ковра с высоким ворсом в моей гостиной. Нам не нужно было есть, пить или спать, чтобы выжить, но это придавало сил. Какой смысл иметь не уничтожимую бессмертную форму, если наши человеческие тела такие слабые? Волк уселся на пол, а мы с Ониксом устроились на диване.

— Очевидно, что легион гидры не просто завладел мертвецами и гонялся за маленькими девочками по всему штату, — начал Вольфганг. — Иуда прислал сообщение сегодня утром. Он уже в пути.

Оникс фыркнул.

— Чертов дьявол, как будто ему есть до этого дело.

— Мы не можем рассчитывать на то, что он выручит наши задницы. Я так понимаю, волки позаботились об оставшемся легионе? — спросил я Волка.

Он схватил полупустую бутылку и сделал большой глоток янтарного алкоголя.

— Да, они мертвы. За исключением того, кого они допрашивали и от кого узнали чепуху.

— Какую чепуху? — спросил я.

Волк покачал головой и посмотрел в витражное окно.

— Они зациклились на Блайт. Она нужна им, нужна их хозяину. Они повторяли это снова и снова.

Я так сильно вцепился в подлокотник дивана, что он заскрипел подо мной.

Оникс скрестил руки на груди.

— Но почему? Демоны умело выбирают цели, или они просто чуют запах и... зацикливаются на нем?

— Может быть и то, и другое. Некоторые из нас более хаотичны, чем другие. — Затем в памяти всплыл мой разговор с вампиром. — Вампир говорил похожие вещи. Тогда я не обратил на это внимания, думая, что он просто издевается над нами, но он сказал что-то о том, что его хозяин хочет ее.

— Кем бы ни был этот ублюдок, он прилагает массу усилий, чтобы заполучить обычную смертную девушку.

— Если только она не обычная человеческая девушка, — размышлял Оникс.

Раздражение подступило к горлу.

— Не имеет значения, кто она такая. Важно выяснить, кто это, потому что в следующий раз он пришлет других, и они будут умнее и быстрее. Я бросил ее в лесу. Одну. Я был идиотом. Могло случиться все, что угодно. Мы продолжаем недооценивать это дерьмо. Мы можем противостоять чему угодно. Она, к сожалению, нет.

— Поэтому мы присматриваем за ней. Один из нас постоянно остается с ней, — сказал Волк. — Я удвою патрули моих волков. Может, ты сможешь поговорить с вампирами?

Оникс фыркнул.

— Да, я просто подойду к Винсу и попрошу его помочь полукровке, который не хочет вступать в их клан. Все пройдет хорошо. К тому же, они никогда не ввязываются в чужие разборки. Ты это знаешь. Но... есть другой клан, который мог бы помочь. Который проявил интерес к оказанию помощи.

— Нет, — ответил я.

Волк пристально посмотрел на меня и включил игровую приставку.

— Либо они занимаются своими делами, и мы понятия не имеем, что они задумали, либо ты хоть раз в жизни смирись и попроси Марселину о помощи.

Из моего горла вырвался стон.

— Она ненавидит меня.

— Тогда ты знаешь, что у нее хорошие намерения. — Оникс пихнул меня локтем в бок и взял пульт с кофейного столика.

Я понял, что они были правы, когда наш серьезный разговор перешел на гоночные машины и пиксели на экране.

Я бы сделал все для Блайт.

Даже попросил бы у

нее

помощи.

У ведьмы, которую убил.

ГЛАВА 31

Блайт

РАЗВЕ СМЕРТНЫЕ ДЕВУШКИ НЕ ДОЛЖНЫ ВЫБИРАТЬ ВАМПИРА?

«Я чувствую, что приближается что-то ужасное».

Уильям Шекспир

Мой телефон зазвонил на прикроватном столике, вырвав меня из сна. Солнечный свет проник в комнату, отбрасывая длинную темную тень Ворона, который спал на подоконнике. Вороны спали в вертикальном положении, смешно.

Я села, подавив стон. Все мое тело болело. Я схватила телефон, и сердце бешено заколотилось в груди.

«Выходи, выходи, Маленький Призрак. Я скучаю по тебе».

Эймс.

Призрак

.

Натянув простыни до подбородка, я почувствовала боль между бедер. Прошлой ночью у меня был секс на кладбище с демоном.

А потом за мной гналась, наверное, сотня им подобных.

Я видела большого волка.

В Ониксе есть... огонь.

Мой друг-птица — это настоящая птица, которая спит у меня на подоконнике.

И я была уверена, что владелица магазина — настоящая ведьма.

Но единственное, о чем хотелось думать, это о том, как я потеряла девственность. И хотелось повторить это вновь.

Я набрала ответ.

«Прошлая ночь была реальностью или сном?»

Я отправила еще одно сообщение.

«С тобой все в порядке?»

Серые точки на экране запрыгали, когда появился его ответ.

«Это было настолько реально, насколько ты только хочешь. И да, все хорошо. Как ты?»

Я ответила честно.

«Чувствую боль.»

«Я могу это исправить... если ты придешь сюда.»