— Пойдем, Би, покормим тебя. У нас сегодня еда на костре. Хот-доги, гамбургеры, стейки, курица… практически любое мясо, какое только можно найти, если честно.

Мой желудок заурчал в знак благодарности, но я не хотела навязываться.

— О, мне не стоит оставаться. Я и так отняла у тебя достаточно времени.

— Ерунда, любой мой друг или друг Эймса становится семьей здесь, в Фенрире. Я собираюсь приготовить тебе огромную тарелку, так что, надеюсь, ты голодна. — Он сделал небольшую паузу, пока мы шли к огню. Мне даже понравилось ощущение его руки, обхватившей мое плечо, хотя я знала, что это было что-то вроде братского объятия. Но все равно это оказалось приятно. — Ты не… — прошептал он, — вегетарианка, да?

Мы остановились возле костра, привлекая внимание нескольких пар и нескольких дам, которые с любопытством разглядывали меня. Я ответила:

— О, эм… я — веган, вообще-то.

Клянусь, даже костер перестал потрескивать, а сверчки стрекотать. В глазах каждого читался шок. Я видела панику Вольфа, который пытался решить, чем меня накормить. Тогда я рассмеялась:

— Шучу. Я люблю мясо, и еду, любую еду.

Толпа вокруг нас оживилась: женщины прикрывали рты от смеха, а несколько мужчин хлопали.

— Ты хорошо устроился, сынок, — сказал пожилой мужчина и, проходя мимо, похлопал Вольфа по руке.

Вольф немного взъерошил мои волосы.

— Мне придется следить за тобой, Блайт. От тебя одни неприятности, я это чувствую, — сказал он, прежде чем уйти в сторону мужчин у барбекю. Вернувшись, он передал мне бифштекс и курицу, а еще длинную палку, на которую были насажены два хот-дога. Мы подошли поближе к огню, и пока жарились мои хот-доги, я начала есть курицу. Все шутили и смеялись, будто друзья или, думаю, семья. Мужчины подавали еду, бегали за детьми и убирали тарелки, пока женщины беседовали у огня. Вольф был похож на хозяина пылающего жаром ада. Я постоянно ловила его взгляд, когда он думал, что я замечала. Интересно, о чем он думал. Мне было интересно, как его длинные волосы ощущались бы между моих пальцев…

Я подумала, что он ошибался.

Я не была проблемой.

А вот он точно был.

Пламя костра стало не единственным, что согревало меня в Фенрир Пойнт. Я слушала, как молодая женщина рассказывала забавные истории о крошечных домиках и жизни в коммуне. Я слушала, как мужчины занимались своими делами на выходных.

Они все были разные: от цвета кожи, волос до разновидности половой принадлежности, но все здесь работали и жили в любви и гармонии. Никогда не видела чего-то подобного. Казалось, что они были из другого мира. Лучшего мира. После второго аппетитного кабоба Вольф подтолкнул меня своим большим татуированным локтем.

— О чем ты думаешь?

Мои губы изогнулись в ухмылке.

— Я думаю о том, что у тебя очень особенный дом. Думаю, что немного завидую. — Я вздохнула.

— Каким был твой дом? — мягко спросил он. Я безучастно наблюдала, как маленькая девочка прыгала через ветки деревьев, волоча за собой длинную розовую ленту.

— Сумасшедшей. Так было даже до того, как моя мать встретила его. А после стало только хуже. Она умерла, а я не могла уйти от него достаточно быстро. Если бы только я не сделала то, что сделала…

— Что ты сделала?

Плохие вещи, но давайте придерживаться…

— Отправила его в тюрьму.

Вольф сел на бревно, подняв брови.

— Ни хрена себе? Это круто. Не жалей об этом ни на секунду. — Он протянул вверх ладонь, и я, хихикнув, дала ему слабую пять.

— Да, ну, мне это очень помогло. Теперь я бегу от психопата, у меня нет семьи, нет друзей, нет дома.

Он оперся на колени.

— Я бы так не сказал. Знаю, что мы только познакомились, но думаю, что мы друзья. Или могли бы ими стать, если ты хочешь.

Его простая искренность была подобна стакану сладкого чая в летний день. Я искренне кивнула:

— Мне бы этого очень хотелось.

Слегка похлопав меня по плечу, он засиял:

— Тогда решено, дружок. Фенрир принимает всех. Ты заметишь, что мужчины занимаются готовкой, уборкой и беготней за детьми. Женщины здесь — наши альф… — он прочистил горло, — лидеры.

Я подняла брови в удивлении. Снова осмотревшись, поняла, о чем он говорил. Женщины были спокойными, сильными, счастливыми. Они разделились по группам, но то, о чем говорил Вольфганг, было очевидно. Мужчины чистили грили, заплетали волосы маленьким девочкам и занимались другими делами в общине. Мне понравилась идея мира, управляемого женщинами. Неудивительно, что здесь было так спокойно и безопасно.

С этими словами он встал, жестом приглашая меня следовать за ним. Я бросила палку в огонь и неуклюже переступила через бревно, похожее на ветку под Вольфом. Мы остановились у крошечного домика, в котором я спала, и я озадаченно посмотрела на него.

— Вот твой новый дом.

Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, о чем он говорил.

— Вольфганг, нет, я не могу здесь жить.